«У меня тут во Франкфурте небольшие сложности. Придется остаться еще на несколько дней. Скучаю по тебе».
Фэй сглотнула раз, потом другой. А потом приняла решение. Она продаст все и навсегда покинет Швецию. Удалится от дел. Жюльенна ждет ее в Италии. Ее место там, рядом с дочерью. После предательства Давида, когда «Ревендж» вот-вот выскользнет у нее из рук, нет никаких причин продолжать борьбу.
Она поднимется в квартиру, заберет свои вещи и поедет домой к Жюльенне. Поручит адвокатам продать ее акции в «Ревендж». Ломать голову по поводу выхода на американский рынок ей больше не нужно. Вскоре этим делом придется заняться Хенрику. Ноги ее больше не будет в Швеции. На самом деле Фэй не хотелось даже подниматься в квартиру, но в пластиковой папке за ванной лежала фотография Жюльенны с ее мамой, доказывающая, что и ее дочь, и мать живы. Она не могла покинуть Швецию, не забрав ее с собой.
В квартире остались вещи Давида, но у Фэй не осталось сил, чтобы побросать их в пылающий камин.
А Ильва и Алиса? Они, конечно, буду разочарованы ее поступком, но, если она останется, рискуют утонуть в дерьме вместе с ней. Без нее им будет гораздо лучше.
Набрав на домофоне код, Фэй открыла дверь. Некоторое время стояла, дожидаясь лифта. Вошла в лифт, закрыла за собой решетку. Смотрела, как мимо проплывают этажи. Собрала всю волю в кулак. Еще пара минут — и она будет сидеть в такси по пути в Арланду[39].
Лифт остановился.
Фэй направилась к двери квартиры, стуча каблуками по полу. Вставила ключ в замок, повернула. В тот же миг сзади раздался скрипучий звук, и она почувствовала затылком холод стали.
Медленно обернулась. Она поняла, что это Як, еще до того, как увидела его. Как узнавала его всегда.
Острие ножа было направлено в грудь Фэй. Губы Яка исказила презрительная и победоносная улыбка.
— Отопри дверь, — велел он. — Иначе воткну нож тебе в шею.
Сердце в груди у нее отчаянно колотилось.
Она сделала, как он велел, — отперла дверь и внутреннюю решетку. Як втолкнул ее в квартиру и запер за ними дверь. Бежать было некуда.
Толкнув Фэй перед собой, он отшвырнул ее на диван, схватил ее сумочку, перерыл содержимое и вывалил все на журнальный столик.
— Ты обманула меня, ты обманула всех. Испортила мне жизнь. Я знаю, что не убивал нашу дочь. Не знаю, как ты это сделала, но она жива, в этом я уверен. Ты ее где-то скрываешь.
Фэй не нашлась что ответить. Она сидела как парализованная, почти равнодушная к тому, что происходит. Як появился так внезапно — она не могла поверить в реальность происходящего, в то, что он здесь.
— Я найду Жюльенну, чтобы доказать всем — ты обманом засадила меня за решетку. Когда я с тобой разберусь, весь мир узнает, какая ты лживая шлюха.
Як говорил быстро и нервно, почти маниакально, и ходил взад-вперед посреди гостиной. Волосы у него были сальные, одежда грязная. Куда делась вся та элегантность, которая когда-то так восхищала Фэй?
Взяв ее мобильный телефон, он начал просматривать фотографии. Фэй спокойно ждала — знала, что там следов Жюльенны нет.
— Ты можешь поискать везде, — сказала она. — Я ничего от тебя не скрываю.
Не найдя того, что искал, Як отбросил телефон, кинулся к дивану и приблизился к самому ее лицу.
— По твоей вине меня осудили за убийство собственной дочери! — крикнул он. — Вся Швеция, моя семья, мои друзья — все думают, что я чудовище! Убийца детей…
Брызги слюны попали ей на подбородок.
— Ты знаешь, что мне пришлось пережить в тюрьме? Я найду ее и докажу, что во всем виновата ты! Отниму у тебя все, как ты отняла все у меня.
