Набрав код на домофоне, Фэй стала ждать лифта. Несколько минут спустя она уже шла между пустых письменных столов в открытом офисном пространстве «Ревендж», наслаждаясь запахом свежезаваренного кофе. Из конференц-зала падал свет. Она увидела затылок и широкую спину Давида — он сидел и разговаривал с Ильвой и Алисой. Улыбающиеся губы Алисы шевелились, но из-за толстой стеклянной двери невозможно было разобрать, о чем идет разговор.
Фэй толкнула дверь, Давид обернулся и увидел ее. Он поднялся и раскинул руки, готовясь обнять ее.
— Наконец-то, дорогая, я так соскучился! — воскликнул он. — Во Франкфурте без тебя было так ужасно…
Фэй миновала его, не удостоив ни единым взглядом, выдвинула стул во главе стола и села, закинув ногу на ногу.
— Что… Фэй? Что происходит? — удивленно спросил он.
Улыбка исчезла с лица Алисы. Она зло смотрела на него. Давид заметил, что атмосфера резко изменилась.
— Мы пригласили тебя сюда сегодня, чтобы представить нашему новому инвестору, — начала Фэй и протянула руку к Ильве, которая передала ей папку. Открыв ее, она взглянула на документы и кивнула. — Да, тебя, вероятно, удивляет это заявление в свете того факта, что я больше не контролирую «Ревендж». Среди прочего — благодаря той конфиденциальной информации, которую ты передал Хенрику. Но он сидит в соседнем кабинете. И поверь мне, «Ревендж» скоро вернется ко мне. На твоем месте я постаралась бы в дальнейшем никак не ассоциироваться с Хенриком Бергендалем. Скоро ты все поймешь. Но пока — вот это. Думаю, здесь все сказано.
Она положила на стол верхний документ и придвинула Давиду, который тут же схватил его.
— Это… я м-могу объяснить… — проговорил он заикаясь.
Фэй фыркнула:
— Не надо ничего объяснять. Твое дело — слушать.
Впервые за все это время она устремила на него взгляд. Придвинула к нему три сшитые вместе бумаги. На первой странице виднелся заголовок «Совместное заявление о расторжении брака»; в него были вписаны имена Давида Шиллера и Юханны Шиллер.
— Подпиши это.
— Что это такое? Несколько месяцев я пытался добиться развода, сама знаешь…
Фэй расхохоталась. Алиса и Ильва поддержали ее. Давид с изумлением переводил взгляд с одной на другую.
— Дружочек, игра окончена. Всю свою жизнь ты обманывал женщин. Теперь этому конец. Пытаться войти в долю «Ревендж» за счет денег своей жены и одновременно утверждать, что ты пытаешься с ней развестись, — очень творческий подход. А потом обеспечить себе поддержку нового хозяина, передав Хенрику секретную информацию о выходе на американский рынок…
Фэй кивнула на первый документ, который лежал перед Давидом.
— Должна признать: ты не ленился. Но теперь все кончено, ты понял? Скажи спасибо, если тебе удастся избежать тюрьмы.
Давид сглотнул. Лицо его все более краснело.
— Я…
— Заткнись! — прикрикнула на него Фэй.
В дверь постучали, и она жестом пригласила войти элегантную темноволосую женщину в платье от «Шанель».
— Привет, дорогой бывший супруг, — сказала Юханна Шиллер, выдвигая себе стул рядом с Фэй.
Разинув рот от изумления, Давид смотрел то на одну, то на другую.
— Она пытается обмануть тебя, Юханна, — сказал он. — Не верь ей, она лжет. Ей нужны только твои деньги. Я завел с ней интрижку, признаю́, минутная слабость, — но с моей стороны никогда не было ничего серьезного, никогда. Я хочу быть с тобой, Юханна. Я люблю тебя.
Юханна захихикала.
— Я никогда не стал бы изменять тебе, — продолжал он, указывая на Фэй. — Она соблазнила меня.
Давид вдруг ударил кулаком по столу, выражение его лица изменилось, стало сердитым. Теперь он выглядел как обиженный мальчишка.
— Хватит, — проговорила Юханна и покачала головой. — Подпиши бумаги и проваливай; у нас будет заседание правления.
Давид подался вперед.
— Так это ты — новый инвестор?
— Да, у тебя ведь ни гроша за душой, — пробормотала Ильва.
Юханна весело кивнула:
— Без тебя и той драматургии, которую ты привносишь в мою жизнь, у меня образуется лишнее время. И деньги. Мне до смерти надоело спонсировать твои неудачные инвестиции. Когда Ильва рассказала мне, как обстоят дела, я ответила, что с удовольствием инвестирую в «Ревендж».
Давид обернулся к Фэй. Та рассматривала его, скрестив руки на груди, явно получая удовольствие от всей этой сцены. Он открыл было рот, собираясь что-то сказать, но потом снова закрыл.
— Подпиши, дружочек, и проваливай. Нам еще многое надо обсудить, а потом мы пойдем отмечать сделку.
Давид схватил ручку и, не сводя глаз с Фэй, поставил подпись. Потом вскочил так резко, что чуть не опрокинул стул. С безумным взглядом отступил к двери.
— Давид Шиллер, — произнес строгий голос у него за спиной.
Давид обернулся. В дверях стояли двое полицейских.
Фэй видела, как они появились, но не сказала ни слова.
— Да? — нервно произнес он.
— Мы хотим, чтобы вы проследовали с нами.
— Зачем? — спросил он, вставая в оборонительную позу.
— Об этом мы поговорим снаружи.
Давид обернулся к Фэй:
— Что ты сделала?
— Заявила на тебя за твои преступления против «Ревендж» и меня лично. За промышленный шпионаж тебе полагается несколько лет тюрьмы.
