Брайди заставляла себя смотреть прямо в лоб Слоана, или в глаза, чтобы не видеть его грудь, так как это выводило ее из равновесия.
— Если бы не было никакого рудника, — сказала она, наконец, — зачем тогда моей тетушке понадобилось делать этот браслет? — Непроизвольно взгляд Брайди скользнул в вырез рубашки Таггарта, и она, густо покраснев, перевела дыхание и уставилась ему на подбородок. — Она завещала этот браслет мне, мистер Слоан, — сказала девушка, надеясь, что он не услышал в ее голосе волнения. У Таггарта был тяжелый, волевой подбородок и, поймав себя на том, что она любуется им, Брайди перевела взгляд на ухо мужчины.
Чуть ли не засыпая от усталости, она часто-часто заморгала.
— Если браслет не содержит в себе разгадку, как найти этот таинственный рудник или другие какие сокровища, зачем тогда тетушка посылала за ювелиром в Тумстоун, держала его взаперти и заставляла его делать все эти точные схемы? И зачем понадобилось платить ему за то, чтобы он держал язык за зубами?
Откинувшись на спинку кресла, Брайди сложила руки на груди и мысленно приказала себе не думать ни о широких плечах человека, сидящего напротив, ни о том, какой белоснежной кажется рубашка на фоне его загорелой кожи. С трудом сдерживаясь, чтобы не зевнуть, она внушала себе, что надо быть серьезной, что у Тага Слоана хватает и без нее забот, что никак нельзя позволить себе расслабиться. Однако, не смогла удержаться от нескромной мысли: должно быть, очень приятно засыпать в объятиях такого мужчины, как Таггарт.
Он вздохнул.
— Позвольте теперь мне задать вам вопрос. Если этому браслету суждено было стать ключом к раскрытию тайны, окруженной строжайшим секретом, почему тогда Мойра выбрала из всех ювелиров именно Шеймуса Мерфи?
— Потому что… потому что… — Девушка легонько встряхнула головой, стараясь освободиться от видений, в которых она прижималась к груди Таггарта, находясь в плену его нежных рук. — Я не совсем понимаю, что вы хотели этим сказать, — медленно произнесла она, надеясь, что хоть сейчас-то не покраснеет. А сама была охвачена таким жаром, будто ее окатили горячей водой. — Судя по тому, с какой тщательностью и изяществом, как искусно и тонко, выполнены все детали браслета, можно заключить, что делал его настоящий мастер, большой знаток своего дела. И одно это могло послужить достаточным основанием для того, чтобы тетушка Мойра пригласила именно Мерфи. Она хорошо разбиралась в таких вещах и знала толк в искусстве, естественно, умея отличить хорошее от плохого. — Брайди указала рукой в сторону коллекции Таггарта. — Как, впрочем, и вы.
Слоан отреагировал на комплимент легким кивком головы, при котором на лоб его упала прядь черных волос.
— Я согласен, Шеймус Мерфи — очень хороший ювелир, настоящий мастер своего дела, мисс Кэллоуэй. Но если Мойра на самом деле хотела сохранить эту историю в тайне, особенно от жителей нашего города, то ей вряд ли стоило останавливать свой выбор на этом человеке.
Брайди стиснула зубы. И тон, и тембр голоса Таггарта ласкали ей слух, от них по спине ее разбегались мурашки, но каждое произносимое им слово выводило ее из себя. И почему он на нее так смотрит?! Господи, неужели этот человек совсем не умеет моргать?
Она откашлялась.
— Не понимаю.
— Дело в том, что Шеймус — дядя Ника.
Брайди почувствовала, как от удивления у нее стал открываться рот. Она быстро закрыла его.
Таггарт смотрел на нее так, будто ему было бесконечно ее жаль. И это казалось девушке невыносимым.
— Но это не… Это не… — Прежде чем заговорить снова, Брайди сделала глубокий вдох. — Возможно тетушка Мойра просто не знала этого. А мистер Мерфи пообещал, что ничего никому не расскажет. Он поклялся, что мне первой поведал эту историю. И у меня создалось впечатление, что ему можно верить.
— Да, можно, — ответил Таг. Он налил себе еще кофе, отпил глоток и поморщился. Но даже эта гримаса не портила его красивого лица, отметила про себя Брайди, облизав пересохшие губы. — Совсем холодный, — проворчал Таггарт и снова поднял глаза на девушку. — Мерфи хороший человек. Но, к сожалению, превратился в горького пьяницу. Бывает, он беспробудно пьет неделями. И вполне мог поведать эту историю каждому жителю Соединенных Штатов, ничего потом не помня. А такому назойливому типу, как Ник, Мерфи и подавно все выложил.
Таггарт снова потянулся за своим кофе, словно забыв, что тот остыл, и приподнял чашечку на несколько дюймов от блюдца. Брайди наблюдала за его рукой и не могла отвести взгляда: она была такой большой, сильной, с длинными гибкими пальцами, а тыльную ее сторону покрывала легкая дымка темных волос.
Девушка почувствовала себя неловко и принялась мысленно отчитывать себя за глупость, слабость, нескромность, чрезмерную внушаемость, а также за самообольщение относительно Тага Слоана.
Да, он подозревал, что именно Ник устроил пожар в отеле, он еще раньше об этом догадывался, но не собирался ничего предпринимать. Таггарт подвергал сомнению каждый ее домысел и предположение и все же, находясь в такой близости от этого человека, Брайди чувствовала, что у нее все тает внутри.