Комната была прямоугольной и уютной для одного человека, но тесной для троих. Потолок был высоко, и Леди помещалась в хижине. Большую часть комнаты занимал квадратный стол, на нем стоял фонарь с рисунком бамбука. Другие фонарики свисали под потолком и тепло светили.
- Жаль, что у меня нет еды. Но рядом с домом есть колодец. Там хорошая вода. И где-то у меня есть бочка с вином, - сказала Леди. Она явно нуждалась в отдыхе. Но ей должно было хватить отдыха во время плена. Аи Линг чувствовала тревогу. Может, Бессмертные использовали их, чтобы спасти женщину.
- Это, наверное, меня согреет, - сказала Аи Линг. Она никогда не пила вина.
Леди открыла дверцу в углу. Она вернулась с двумя чашками и бочонком.
- Хотела бы я отплатить вам чем-то большим.
Она опустилась на колени и протянула чашку сперва Чэнь Юну, а потом Аи Линг. Смутившись, та быстро сделала глоток. Жидкость обожгла горло, и холод отступил, как и боль в сердце.
- Кто поймал вас, Леди? – Аи Линг пыталась говорить с уважением.
Чэнь Юн поднял голову и взглянул ей в глаза. Аи Линг поджала губы, теперь она не узнает, что он чувствует, о чем думает, а потому она повернулась к Леди.
- Мой брат-близнец, - тихо сказала она, ее голос напоминал мелодию лютни.
Аи Линг вскрикнула. Она сделала еще один глоток, тепло проникало в нее, боль и злость отступали.
Леди смотрела в окно с печальным видом.
- Меня любил отец, мне разрешали учиться и путешествовать, словно я была сыном. Мой брат был умным и талантливым. Я не знаю, почему в нем появилась зависть, а она съедала его, окутывала его дух…
Ее лицо помрачнело.
- Но мы не были близки, пока росли, потому я и не заметила его состояние. Но мы остались одни, ведь мама умерла, когда нам было по шесть, а отец – через десять лет, и я поняла, что брат презирает меня. Он запер меня в моих покоях, не дав мне возможности принимать посетителей, он прогонял и моих друзей.
Леди сидела на коленях с прямой спиной, отвернувшись от Чэнь Юна и Аи Линг.
- Два года я была заточена в доме, и я сбежала. Я ушла далеко, пока не добралась до этой горы. Тут я и сделала свой дом. Годами я жила здесь одна, спутниками были лишь туман и звезды, птицы и растения стали мне друзьями.
- Но ваш брат вас нашел? – спросила Аи Линг.
- Он появился на горе через пять лет, его нельзя было узнать. Я не видела в нем брата. Он завидовал тому, что меня любит отец, но на самом деле, ему не нравилось, что меня воспитывали равной ему. Он говорил, а гора становилась черной, листья темнели, жизнь уходила. Он поднял руки, и на горе появилась хрустальная башня. Он вырвал меня из тела и заточил мой дух в тех стенах.
Леди склонила голову, украшения на ее волосах постукивали.
- Это было больше тысячи лет назад, - сказала она.
- Тысяча? – выдохнула Аи Линг.
- Он наполнил себя черной магией. Он призвал монстр, которого вы убили, чтобы он удерживал меня в башне и не давал сбежать. И мой дом, моя гора, был под заклятием, - она оглядела комнату. – Время словно застыло.
- Невероятный рассказ, Леди. Хорошо, что мы смогли вам помочь.
Челюсти Аи Линг сжались.
- А что с Ли Роном? – вопрос прозвучал слишком громко.
Его глаза были на мокром месте. Она пожалела о своих словах, ее губа задрожала, она причинила ему еще больше боли.
Дурочка.
- Ли Рон умер не зря, - выдавил Чэнь Юн. Аи Линг стало еще хуже. Конечно, Чэнь Юн винил ее в смерти Ли Рона, она тоже винила себя.
Чэнь Юн и Леди позже ушли в темноту к колодцу за водой. Вода была холодной, Аи Линг выпила две чашки. Не переодевшись и не умывшись, она забралась под тонкие одеяла и уснула.
Глава четырнадцатая:
Аи Линг проснулась, ей ничего не снилось. Яркий солнечный свет проникал сквозь тонкие бумажные ставни на двух больших окнах, она зажмурилась.
- Наконец-то, - сказал, улыбнувшись, Чэнь Юн. Он сидел за низким столиком и сжимал в руке кисть для каллиграфии. Он отложил кисть и в два шага пересек комнату с облегчением на лице.
Она смутилась из-за его близости. Она протерла глаза, руки плохо слушались после сна.
- Доброе утро, - сказала она.
- Скорее мирный день, - ответил он с кривой улыбкой. - Ты проспала два дня. Мы не могли тебя разбудить. Я уже беспокоился.
Два дня? Она села на одеяла и огляделась.
- Где Ли Рон? – и тут она все вспомнила, грудь сжала боль. Чэнь Юн скривился, словно его ударили.
Она закрыла лицо руками, жалея, что проснулась. Как избавиться от боли и печали?
Чэнь Юн коснулся ее плеча, она опустила руки, а он отошел от нее, двигаясь скованно.
- Леди ушла собрать фрукты, - сказал он. – Она приготовила чай.
Аи Линг устроилась на своих теплых одеялах, Чэнь Юн передал ей чашку.
- Спасибо, - сказала она, купая лицо в паре и не глядя ему в глаза.
- Поверить не могу, что его больше нет, - сказал он, уставившись в пустую чашку.
- Я тоже. И мне очень жаль.
Она скрывала лицо от его пристального взгляда. Чэнь Юн смотрел с болью. Солнце очерчивало в его лице то, что делало его иностранцем.
- Это не твоя вина, - сказал он после паузы.
Она моргнула, удивленная таким ответом.
- Мы знали, что это рискованно, но пошли с тобой, - тихо продолжил он.
