Старик сунул Ларри в руку лапоть, и тот рассеянно взял. Лапоть тут же прижался к ладони всей подошвой.
– Я почти выиграл, ясно? – отчаянно крикнул игрок. – Я в верхних строках таблицы и, может, уже в этом году выйду отсюда законно, с честью и блеском!
Ого, так вот в чем дело. Ларри даже не ожидал, что дикари в Селениях настолько проникаются ястребиными ценностями. Он повернулся к местным работникам, чтобы высказать уважение к их труду, – и вдруг заметил, что все пятеро уже какое-то время сверлят остановившимися, испуганными взглядами его руку. Ларри посмотрел на нее. Ничего интересного, разве что лапоть снова приклеился намертво.
– Три Девять Семь, коснитесь этого предмета голой рукой, – приказал старик.
Высоченный Ястреб нерешительно потянулся к лаптю, коснулся его пальцем и тут же отдернул руку. Лапоть испуганно вздрогнул.
– Мы все пытались взять эту вещь без перчаток, – без выражения проговорил старик. – И не смогли этого сделать. В ней чрезвычайно много золотой магии.
Ларри медленно выдохнул. До него дошло: старик нарочно отвлек его внимание в тот момент, когда протягивал лапоть. А теперь врать и увиливать поздно: все пятеро видели, что он держит вражеский предмет без всяких проблем.
– Это не вашего ума дело. Я забираю игрока и ухожу, – отрезал он и уже шагнул в сторону Нолы, чтобы помочь ей вытащить упрямого братца, когда пятеро Ястребов заученным движением перегородили ему путь.
– Вы задержаны до выяснения обстоятельств, – сказал старик. – Мы пошлем запрос в центр. Если вы тот, за кого себя выдаете, вам ничего не грозит.
Ничего, кроме упущенного времени, проигрыша и позора. И возможно, смерти. То, что Ларри – действительно сержант Гарды, не отменяло того факта, что, похоже, он все-таки немного заразился местной магией. Ларри прошиб холодный пот. После того как он выполнит задание, ему, наверное, простят такие мелочи, – но сейчас вряд ли. Нельзя допустить, чтобы его задержали, – в этот раз свяжут получше и будут охранять, пока за ним не прибудут из центра. Ларри шагнул в сторону выхода с арены, Ястребы мягко передвинулись следом, отрезая путь к отступлению.
Монструмы выглядывали из-за плеч хозяев, так что противников, если что, будет десять, а не пять. У него самого – ни монструма, ни подмоги. С точки зрения логики глупо ввязываться в драку, когда условия настолько неравны, поэтому Ларри велел себе не думать.
– Вы об этом пожалеете, – сухо проговорил он.
А потом, не дав себе времени на размышления, запустил руку в Тень, рывком вытащил черное копье и метнул в ближайшего Ястреба. Тот упал с заледеневшим плечом, не успев даже рукой дернуть, а Ларри уже запустил лапоть в того, которому хватило времени вытащить оружие. Лапоть не отлеплялся, и тогда Ларри изо всех сил захотел, чтобы это произошло. И тот, уловив его желание, подчинился: со второй попытки вылетел из руки и впечатался Ястребу в грудь. Тот ахнул и отпрянул, выронив оружие.
По арене прокатился вздох, зрители вскочили с мест – они наверняка ни разу не видели, как Ястребы дерутся между собой. На Ларри со спины бросился чей-то монструм, и он хлестнул его плетью, которую едва успел вытащить. Монструм отлетел на несколько шагов, и Ларри ухмыльнулся. Он уже и забыл, какая это мощная штука – теневое оружие в умелых руках.
А главное, Ястребы сами ему признались, сколько запасов потратили на то, чтобы стереть игрокам память о стриже. А значит, у него есть шанс. Главное – забыть, что можешь проиграть. Ларри крутился вокруг своей оси гладко и быстро, держа всех в поле зрения и раздавая удары то оружием, то просто кулаком. Ему было на руку то, что местные Ястребы, хоть и наблюдали бои дикарей каждый день, похоже, давно отвыкли драться сами. Лапоть, спасибо ему, все еще прыгал на груди Ястреба и не давал ему встать, Ларри удерживал его силой желания, просил оставаться на месте, и тот слушался. Второй Ястреб так и лежал на камнях, копье в его груди медленно растворялось.
Но даже с оставшимися драться оказалось крайне сложно. Хуже всего были монструмы – сотканные из чистой Тени, они били очень больно, когда доставали: окатывали таким холодом, что мышцы сводило. Ларри лихорадочно перебирал в голове стратегии дальнейшего боя, когда встретил взгляд одного паренька в третьем ряду. Ему было лет двенадцать, и он был восхищен.
Ларри глянул на остальных – и внезапно кое-что понял. Все они, похоже, желали победы именно ему. Во-первых, он был одет в местном духе и без маски, то есть выглядел так же, как они. Во-вторых, профессиональные воины болели за того, кто искусно сражается с толпой врагов. В-третьих, наверное, приятно смотреть, как получают по лицу те, кто годами тебя сторожит. Его не учили думать о симпатиях и чувствах других, но он, похоже, так насмотрелся на лица без масок, что научился читать их лучше.
– Парни, поддержите меня! – хрипло крикнул он на местном языке, уворачиваясь от прыжка теневого пса. – Ну же, давайте!
