Не один писатель пытался возродить стиль Рекса Стаута, но лишь Роберту Голдсборо удалось уловить дух его неподражаемых детективов. Читателя ждет новая встреча с самым блисательным сыщиком нашего века. Крутые повороты сюжета, хитроумные интриги, сочные диалоги и тонкий юмор - НИРО ВУЛЬФ ВЕРНУЛСЯ, ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ! Таинственный враг преследует угрозами знаменитого телепроповедника. Ниро Вульфу это дело не по душе, поэтому в церковь на Стейтон-Айленде отправляется Фред Даркин. Но храм посещает смерть - и все улики против Фреда. Как же Ниро Вульфу покинуть попавшего в переплет друга! И знаменитый сыщик начинает новое расследование...
SILVER SPIRE 1992
© Перевод. Г.Б.Косов, 1997
Изрыгнув баритоном два гудка, паром «Сэмуэль Ньюхаус» неторопливо отвалил от причала южного терминала и вверил свою судьбу соленым морским просторам. Был разгар дня, и на огромном судне находилось не более пары десятков пассажиров. Одни читали, другие дремали, остальные безуспешно пытались устроиться поудобнее на узких пластиковых стульях.
Внутреннее помещение парома радовало глаз не больше, чем интерьер пакгауза, и после пяти минут тщетных попыток найти укромный уголок я вышел на небольшую носовую палубу, подставив лицо легкому майскому бризу. Статуя Свободы и остров Эллис (самая свежая приманка для туристов) остались справа, или, если использовать терминологию морского волка, по правому борту. Над проливом протянулись изящные конструкции моста Веррацано, а прямо по курсу сквозь дымку нью-йоркской гавани едва виднелись невысокие зеленые холмы Стейтен-Айленда.
Этим утром, сидя за столом в кухне сложенного из бурого известняка дома Ниро Вулфа на Западной Тридцать пятой улице, я жадно поглощал пшеничные булочки, читал «Таймс» и предавался воспоминаниям о своем последнем посещении Стейтен-Айленда, который подавляющее большинство ньюйоркцев вообще не воспринимают как часть своего города. Это случилось почти десять лет тому назад, когда Вулф имел дело с чрезвычайно самоуверенным и надменным любителем живописи, из собрания которого похитили бесценное полотно Сезанна, подменив его вполне приличной, но не первоклассной копией.
Все улики поначалу указывали на своенравную и временами вороватую горничную коллекционера, но в конце концов оказалось, что подмена была совершена парнем, прикинувшимся служащим газовой компании и явившимся в дом якобы для поиска утечки на линии. Так или иначе, но благодаря могучему интеллекту Вулфа и выносливости моих нижних конечностей бывший студент факультета изящных искусств, полицейское досье которого оказалось длиннее, чем пальцы карманника, был изобличен, Сезанн водворился на свое место, а наш банковский счет получил приличное и столь необходимое вливание.
На сей раз я отправился в муниципальный район Ричмонд по делу, которое как я, так и Вулф считали гораздо более важным. Однако я сильно забегаю вперед, поэтому лучше будет начать с того, с чего следует—а именно с самого начала.
Начало же событиям было положено дождливым майским утром. Для тех, кто обожает детали, сообщу: это был четверг. Вулф находился наверху, ухаживая за своими бесценными орхидеями. Как известно, он предается этому священнодействию ежедневно с девяти до одиннадцати часов утром и с четырех до шести после полудня. Я же, сидя за письменным столом в рабочем кабинете, исполнял свою святую обязанность - вносил в компьютер сведения о появлении новых цветочных почек.
Звонок у дверей раздался в десять пятнадцать. Наиболее ценный игрок нашей команды — шеф-повар Фриц Бреннер отсутствовал (он отправился за провизией, чтобы позже превратить ее в первоклассные яства), и я снизошел до того, что прошел в прихожую и посмотрел в стекло входной двери. Оно, к вашему сведению, прозрачно только с внутренней стороны. У стоящего на ступенях посетителя были вздернутые плечи и грудь бочкой. В своей черной в тонкую полоску тройке он походил на банкира, которого против его воли принуждают предоставить кредит, или на человека, страдающего от избытка газов в кишечнике. Однако он в любом случае не смахивал на вооруженного головореза, и я распахнул дверь.
— Доброе утро, — со смаком начал я. — У нас уже имеется полный комплект Британской энциклопедии и мы подписаны не менее чем на одиннадцать журналов — если желаете, я продемонстрирую вам список. Кроме того, все проживающие в этом доме застрахованы, их не интересуют новейшие пылесосы, наборы щеток из натурального конского волоса или кухонные комбайны. Теперь говорите, чем мы можем оказаться полезны друг другу.
В ответ на все мои старания его губы даже не дрогнули.
— Я явился, чтобы получить совет от Ниро Вулфа, — мрачно промолвил смахивающий на банкира тип. — Могу ли я предположить, что вы — Арчи Гудвин, его помощник?
— Предполагайте на здоровье, — сказал я. — Но прежде чем наша беседа продвинется хотя бы еще на один шаг, я должен предупредить вас, что мистер Вулф не встречается ни с кем — подчеркиваю — ни с кем! — без предварительной договоренности. Будучи хранителем календаря и осуществляя учет всех его встреч, я абсолютно убежден в том, что вы не условливались о визите. Не так ли?
— Верно. Я понимаю, что рисковал быть не принятым, явившись сюда без предварительного телефонного звонка. Неужели я избрал неверный путь, подумав, что вы, мистер Гудвин, могли бы выслушать мое ходатайство и решить, не несет ли оно в себе нечто такое, что заслуживает внимания мистера Вулфа?