Холуй ушел, а Айян принялся разглядывать письмо. В левом нижнем углу значилось: «Министерство обороны». Научно-исследовательский институт подчинялся Министерству обороны, потому что изначально его создали как прикрытие Индийской ядерной программы. Институт со временем выпутался из нее, заявив, что ядерная физика – устаревшая дисциплина и слишком уж она прикладная, чтобы чаровать поэтические сердца физиков-теоретиков. Но финансировать Институт Министерство обороны продолжало.
Айян потеребил конверт. Какой-то он примечательный. Хотя Министерство теперь отправляло по чти все свои депеши по электронной почте, оно иногда отправляло письма курьерской или скорой доставкой. Айян слыхал пылкие дискуссии в столовой: ученые обсуждали, есть ли скрытый физический закон, согласно которому Министерство решает, что слать электронной почтой, а что – курьерской. Отчетливой закономерности все никак не обнаруживалось. Но в целом решили, что плохие новости почти всегда доставляли курьерской.
У Айяна в нижнем ящике стола был запас чистых конвертов с пометкой «Министерство обороны». Обычно он вскрывал официальную курьерскую корреспонденцию Ачарьи, читал его письма, клал их в свежие конверты, подделывал конторские загогулины и цеплял на место квитанции о доставке. Он еще чуть-чуть по изучал свежую доставку, после чего вскрыл конверт.
Письмо было от Бхаскара Басу, могущественного крючкотвора из Министерства обороны, который некогда всерьез пытался прибрать Институт к рукам. Он считал, что ученым нельзя доверять управление Институтом. Управлять положено бюрократам. Но по легенде на той встрече, где Басу попробовал взять власть в свои руки – сделал затейливую презентацию своих планов, – повисла долгая неуютная тишина, которую Ачарья прервал, высказав спокойное наблюдение: «Но у вас же степень по социологии». Он не произнес больше ни слова, однако планы Басу рухнули.
