Его взгляд обжигает, как большой глоток коньяка. Отворачиваюсь и снова пытаюсь продолжить участие в застольном разговоре, но не могу сосредоточиться — волны со стороны барной стойки приходят со штормовой регулярностью. И, если сравнивать их с морскими, каждый раз всю меня словно накрывает ими и сносит всё дальше в глубину, в то время как я упорно пытаюсь выплыть обратно к берегу. Некоторое время мы длим эту внутреннюю борьбу. Он остаётся на месте, не делая попытки познакомиться, но моё решение отдыхать без мужчин всё больше и больше захлёбывается и тонет в бокале с коньяком.
Я никогда прежде не знакомилась с мужчинами сама, но сейчас меня тянет, как магнитом. Так сильно, что после очередного зрительного контакта я делаю глубокий вдох, как перед прыжком в воду, решительно подхожу к блондину почти вплотную, и … понимаю, что совершенно не знаю, что сказать. В итоге, говорю первое, что приходит в голову.
— Зачем ты здесь?
Он слегка наклонил голову набок, озадаченно приподнял одну бровь. Несколько секунд молча разглядывает своими светлыми глазами. В тусклом освещении бара мне кажется, что левая радужка темнее.
Сердце, и без того гулко стучащее в груди, ещё больше ускоряет ритм, в ожидании ответа.
— Затем же, зачем и ты, — отвечает, наконец, пожав плечами.
Пауза. Снова «толчок в бок».
— За этим, — кивает на наши бокалы с коньяком и ударяет своим о мой, — Дзынь!
Делаем по глотку напитка. Затянувшаяся пауза. Он не стремится её прервать.
Снова глубокий вдох.
— Ольга, — решительно протягиваю руку и улыбаюсь.
— Кирилл, — протягивает в ответ свою, с улыбкой краем губ, больше похожей на ухмылку, крепко пожимает мою, и от этого сильного прикосновения в районе солнечного сплетения что-то сжимается.
Обычно мужчины либо осторожно, не сдавливая в мужском рукопожатии, пожимают девушке руку, либо делают в ответ джентльменский жест — элегантно целуют внешнюю сторону ладони.
Скрещивает руки на груди. Подмечаю этот жест.
Отзеркаливаю позу. В ответ снова ухмылка и молчание.
Начинаю жалеть, что подошла, но всё же делаю попытку разговорить.
— Давно в Коктебеле?
— Третий день. А ты?
— Тоже третий день, — улыбаюсь совпадению.
— И как тебе здесь? — наконец решает поддержать разговор.
— Хорошо. Я здесь уже не первый раз. За последние два года, что не приезжала, ничего не изменилось — всё как обычно.
— Нравится однообразие?
Вопрос застаёт меня врасплох. От его взгляда снова не по себе.
— Нет. Просто люблю это место.
— Почему? — пронизывающие светлые глаза с лёгким прищуром всматриваются в мои, с таким выражением, словно от моего ответа зависит захочет ли он продолжить со мной знакомство.
Меня охватывает сильное беспокойство, во рту становится сухо.
— Почему? Кхм, — прочищаю горло и отпиваю ещё один глоток коньяка, хотя сейчас лучше бы выпила как минимум пол стакана воды, — Ну, знаешь, некоторые места, как и люди, прочно проникают в сердце и остаются там навсегда. Ты всегда возвращаешься к ним и сложно объяснить почему. Когда я приехала сюда впервые и прошлась по этой набережной, у меня сразу возникло странное ощущение — вроде дежавю. Что это место мне давно знакомо, и я здесь уже была, когда-то давно. Просто забыла.
— Странно … — очень медленно произносит он.
— Что странно?
Над нами нависает мужская фигура, и ответ на этот вопрос остаётся невысказанным.
— О, Кир, я смотрю, ты уже нашёл себе приятную компанию? — это брюнет, которого я видела с блондином у «Бочки».
— Скорее приятная компания нашла меня, — пожимает плечами тот.
Снова улыбается мне краем губ, но сейчас от улыбки не веет сарказмом. «Кир» — мне очень нравится этот сокращённый вариант имени, звучит коротко и мощно.
— Алексей, — протягивает руку брюнет.
— Ольга, — протягиваю в ответ свою, и он элегантно целует внешнюю сторону моей ладони.
