Сергей Сергеевич Ольденбург 1888-1940 полностью

По утверждению Керенского, Гучков стал революционером к осени 1915 г., когда начал готовить дворцовый переворот. Граф Э.П. Беннигсен рассказывал в «Возрождении» 2 апреля 1936 г., что «никогда я не видел его таким мрачным и подавленным» как вечером 27 февраля 1917 г. Это достоверное свидетельство о Гучкове нередко ошибочно понимается мемуаристами и многими историками. Военный переворот произошёл по плану А. Мильнера вопреки целям масонской организации Н.В. Некрасова, игравшей центральную роль в формировании Временного правительства. Поэтому сильнейшее разочарование в это время испытывали даже Некрасов, Гальперн и Керенский, не говоря уже о Гучкове, который не управлял происходящими процессами и потому не мог иметь существенной роли в новой революционной власти. Запущенный Мильнером разрушительный анархический хаос 27 февраля подрывал власть Некрасова и Гучкова, в чём и следует видеть причину их огорчений, несмотря на достижение имевшейся у них цели свержения Императорского правительства. Победа оказывалась Пирровой.

25 февраля 1936 г. П.Н. Краснов читал новую часть лекций: «Перелом во взглядах Толстого. Причины этого перелома. Кутузов в Бородинском бою в изображении Толстого», о чём объявляло «Возрождение».

Относительно получения Красновым 3-й премии международного литературного корпуса Парижского католического института газета «Возрождение» 5 марта сообщила интересные подробности, что в состав жюри от Англии входил выдающийся христианский писатель Г.К. Честертон. Секретарём русской секции жюри был Ю.Н. Маклаков, сын убитого большевиками царского министра, состоявшего в правительстве И.Л. Горемыкина. Данное жюри присудило 2-ю премию И.С. Лукашу и Т. Таманину, но вышестоящие католические церковные иерархи в Риме пересмотрели это решение в пользу генерала Краснова, оставив 1-е место за «Фабрикой» Рахмановой.

Доклад В.Н. Коковцова об участи Царской Семьи вызвал ответное выступление на эту же тему А.Ф. Керенского. Историк И.П. Якобий хотел задать Керенскому уточняющие вопросы для разрешения споров. Н.Д. Тальберг выступал с опровержениями концепций Керенского о февральской революции, обвиняя его в сокрытии данных о масонском заговоре и ответственности организаторов переворота, об аресте Царя и убийствах русских монархистов. 7 марта в обсуждение включился С.П. Мельгунов, который обвинил Керенского в том что арест Государя являлся преступлением со стороны Временного правительства, а не обеспечением безопасности Царской Семьи. Сергей Мельгунов прекрасно низверг и другие подлые спекуляции Керенского на том, что сторонники Царя не развязали гражданскую войну, как это сделали большевики: «Россия в это время находилась в состоянии войны. Патриотическое чувство до известной степени толкало монархические круги на признание совершившегося переворота. Его наибольшая безболезненность гарантировала возможный успех на внешнем фронте».

Не имеющие никакой, кроме отрицательной, исторической ценности выступления А.Ф. Керенского на эту тему в апреле будут изданы во французском издательстве «Пайо» с хвалебным предисловием агента английской разведки Б. Пэрса.

Поздние книги С.П. Мельгунова сближает с «Царствованием» С.С. Ольденбурга их честность и неотступность. «Сергей Петрович не умел кривить душой и никогда не шёл на компромиссы с совестью. И никогда, ни при каких обстоятельствах, ни словом, ни делом, ни помышлением он не предал России» [Анатолий Михайловский «Памяти Сергея Петровича Мельгунова» // «Зарубежье» (Мюнхен), 1968, март, с.20].

После 1945 г. С.П. Мельгунов в Париже пытался сплотить вокруг своей небольшой организации участников Власовского Движения.

Для понимания причин допущения С.С. Ольденбургом и другими белоэмигрантами возможности положительного варианта развития борьбы Германии с СССР, необходимо учитывать перепечатанное «Возрождением» 8 марта 1936 г. при введении немецких войск в Рейнскую область заявление А. Хитлера: «не с Россией я отказываюсь сотрудничать, а с большевизмом». Хотя фюрер использует это выражение как обманную уловку, а в дальнейшем из деструктивных соображений тоталитарного нацистского утопизма самоубийственно отвергнет требуемое А.А. Власовым равноправное сотрудничество с Национальной Россией, в предвоенное время имелись основания считать что взаимовыгодный русско-немецкий союз против сталинизма мог быть заключён.

13 марта С.С. Ольденбург и Н.Н. Шебеко провели для собрания главного совета Российского Центрального Объединения обсуждение «Новое в международной политике».