75 лет назад 25 сентября 1938 года Сергей Королев, арестованный 27 июня того же года был включен в список лиц, подлежащих суду Военной коллегии Верховного суда СССР. В списке он шёл по первой категории, это значит, что рекомендуемая органами НКВД мера наказания – расстрел. Список был завизирован лично Сталиным, тем самым расстрельный приговор был практически утвержден.
А ведь Сергей Королев к тому времени уже показал себя незаурядным конструктором и ученым. Его с Цандером Группа изучения реактивного движения (ГИРД) добилась принципиального прорыва в создании ракетных летательных аппаратов, и в августе 1933г. их первая ракета полетела. А в 1936 году С.Королеву удалось довести до испытаний крылатые ракеты: зенитную-217 с пороховым ракетным двигателем и дальнобойную-212 с жидкостным ракетным двигателем. Но так уж сложилось в этой странной стране, что, чем ярче были достижения ученых – тем больше было шансов, что их коснется маховик репрессий. Хватали именно талантливых, выдающихся; бесталанные могли спать спокойно. Нарком Ежов с образованием в три класса начальной школы и ростом 151 см., казалось, мстил всем, кто выше ростом и более образован. А таких было очень много.
Но не будем все валить на Ежова. Кто он такой – этот злобный карлик? Кто его извлек из небытия и для чего? Может быть он – видный революционер и за свои заслуги получил высокий пост? Да нет, совсем нет. В июне 1916г. признанный негодным к строевой службе из-за маленького роста он был отправлен в тыл. Осень 1917 года он проболел, а потом вообще по болезни был списан. И в августе 1918 года мы видим его вернувшимся к родителям и устроившимся на стекольный завод в Вышнем Волочке. Так что никаких заслуг перед революцией у этого человека не было (для Сталина, наверное, это было даже лучше). А отличился он в ходе «партийных чисток» в начале 30-х годов, показав себя во всей красе – лютовал. И Сталин понял, этот человек ему пригодится. Именно Ежову Генсек поручает следствие по делу об убийстве Кирова. Тогдашний глава НКВД Генрих Ягода не понял намек Сталина о возможной связи убийства Кирова с троцкистско-зиновьевской оппозицией и…поплатился и должностью и жизнью. Ежов – понял. Страшными пытками он добился необходимых признаний, и в убийстве Кирова обвинили Каменева, Зиновьева и Троцкого. Две сплющенные пули после расстрела Каменева и Зиновьева Ежов хранил у себя в столе как милые сердцу сувениры, (а ведь он прекрасно знал, что эти люди были совершенно невиновны в преступлении). После такой «проверки на дорогах» Сталин понял – это тот человек, которому можно доверить уничтожение всех думающих, мыслящих, а, следовательно, представляющих опасность для установления его безграничной диктатуры. С назначением Ежова на пост Наркома внутренних дел и начальника Главного управления Госбезопасности в стране развернулась кровавая вакханалия по истреблению цвета нации. Черные воронки еженощно везли и везли тех, кто только «потенциально» мог оказаться противником устанавливающегося тоталитарного режима. Расстрельные команды довели «выработку» в среднем по стране до 1800 человек в сутки. (В Афганистане за 10 лет войны наша армия потеряла 15 тыс. солдат и офицеров – это незаживающая рана для страны. Сравните, сколько сталинские палачи убивали за месяц.) Арестовывали всех тех, кто не выражал явно и достаточно убедительно своего раболепного преклонения перед Сталиным. Уничтожали всех не рабов. Конечно же, в первую очередь в это число попадали люди с высшим образованием и особенно ученые, которые были увлечены своими исследованиями и не демонстрировали свою исступленную любовь и преданность вождю. Ясно, что такие люди как Королев и Туполев не могли не попасть в эти списки. Таких самодостаточных личностей в принципе не должно было остаться в стране Советов. Ничтожеству и садисту с начальным образованием было поручено заниматься подготовкой «новой народной интеллигенции», а пока он уничтожал старую, чтобы расчистить место.
И опять же: Ежов только исполнитель. А то снова раздаются голоса: «Ну, не сам же Сталин организовывал эти репрессии.» Сам, именно сам. Ежедневно он «держал руку на пульсе» чудовищного по масштабам террора. С января 1937 г. по август 1938 г. Ежов отправил Сталину около 15 000 спецсообщений с докладами об арестах, проведении карательных операций, запросами о санкционировании тех или иных репрессивных акций, с протоколами допросов. Таким образом, в день он отправлял более 20 документов, во многих случаях достаточно обширных. Как следует из журнала записей посетителей кабинета Сталина, в 1937-1938 гг. Ежов побывал у вождя почти 290 раз и провёл у него в общей сложности более 850 часов. Это был своеобразный рекорд. У кого-то есть сомнения, о чем они там разговаривали все эти 850 часов?
