Меня зовут Марсель Платонов. Я провёл два года в самопровозглашённом государстве, где был королём, судьёй и палачом. Я не знал, что происходит за стенами моего замка, не помнил ни друзей, ни свою прежнюю жизнь. Но любая империя в конце концов рушится. Кто же разрушил мою? Просто прошлое взяло свое.
Одиночество накапливается незаметно, как снег. Шаги, которые мы делаем, с каждым днём становятся всё тяжелее, и нам всё больше не хочется их делать.
Жаркий август. Два года. 730 дней. Мир за окном стал для меня лишь тенью, отражённой в пыльном окне. Два года назад я сделал выбор: закрыться в четырех стенах своего дома, оставив за дверью весь мир. Теперь это место стало моим королевством, где правлю только я. С каждым днём ко мне всё более чётко приходило осознание, что реальность за окнами становится всё более чуждой.
Голоса людей.
Смех детей.
Шум машин, прогуливающиеся по моей комнате, из окна звучали как музыка из далека – прекрасная и недоступная. Есть в этом что-то прекрасное.
Родители сегодня рано уехали на работу, как обычно, не сообщив мне ничего.
Кстати, о них.
Я не знаю, что они думают обо мне и моём решении. Пока что мной не было получено ни одного упрёка с их стороны. Чуть ли не с самого рождения я был предоставлен сам себе. Но вы не подумайте, у меня нет на них какой-либо обиды или злости, ведь благодаря им я тот, кто есть сейчас. И меня это полностью устраивает.
Впрочем…
На их месте никто бы не стал общаться с таким нелюдимым, неприятным на вид человеком, который вызывает лишь жалость.
Кстати, во время своего монолога, я успел приготовить и съесть завтрак. Яичница с нарезанными сосисками – вот и всё, на что способны мои кулинарные навыки. Довольно скромно, но с голоду не помру. Закинув посуду в раковину, отмокать до лучших времён, я пошел умыться, не сделав этого после пробуждения. Встав перед зеркалом, закрываю глаза и думаю, чем заняться сегодня. После чего, глядя на своё отражение в зеркале, говорю себе: «Пора начинать новый день!» Затем произношу вслух…
– Марсель Платонов!
– Марсель Платонов!
А?
Мне послышалось?
Будто за мной кто-то повторил. Эта фраза не просто моя, она… она… принадлежит кому-то еще.
В этот момент в зеркале предстал еще один силуэт, смотрящий в него, и я стал ощущать холод в ногах.
Остолбенев от страха, еле нахожу в себе силы медленно повернуть голову.
– Утречка! – жизнерадостно приподняв руку, произнесла персона.
От испуга я дёрнулся назад так сильно, что снёс все ванные принадлежности с полок и упал на пол.
– К-к-к-кто… Т-т… что, – мой рот выдавал только обрывистые звуки, пытающиеся в хаотичном порядке собрать что-то цельное.
– Тихо, тихо, Марс, спокойно! Это я! – активно успокаивала меня, махая руками, как я уже начал осознавать, что это женская фигура.
– Т-ты… кто ты… такая… – пот проступал по мне, и говорить было тяжело, но маховик в мозгу вновь начинал работать.
– Я это! Лиза! Винокурова Елизавета! Мы учимся вместе, вообще-то! – прокричала девушка, прижав руку к груди.
Ели… завета…
Елизавета… Елизавета…
Лиза.
Моя одноклассница. С каштанового цвета длинными волосами. Очень проницательными зелёными глазами. И…
Глуповатой улыбкой.
Это определённо была она. Но как она оказалась здесь? Со мной в одной комнате? В моём доме… Я не мог поверить в это ещё какое-то время и сидел с поднятой вверх головой, пока капли пота спадали с моего лица.
– Ну и трусом же ты стал, – выдохнула она. – Я уже подумала, как мне придётся объяснять полиции, как я оказалась в чужом доме с трупом в душевой! Знаешь, как это бы…
– Какого…
– М? – Лиза прервала фразу и сделала озадаченное лицо.
– Какого… чёрта ты тут делаешь?
– А-а-а? У тебя входная дверь открыта нараспашку, вообще-то! Ты не в курсе, что ли? – Лиза скрестила руки на груди.
Дверь открыта? Впервые родители забыли закрыть её. Они так торопились куда-то? От меня убегали? Ну и пусть.
– Вот как… Слушай, – я тяжело сглотнул. – Отойди, чтобы я встал нормально, ладно?
Девушка, встав на одну ногу, прокрутилась на ней и отвернулась от меня.
– Так ты зашла, потому что тебе показалось, что что-то случилось?
Не верится, если говорить начистоту. Особенно после нахлынувших воспоминаний о моей… Вернее, нашей последней встрече, которую я так старательно пытался забыть. Интересно, она всё ещё помнит этот день?
– Вообще-то я встретила твоих маму с папой на пути, и они попросили меня передать вот это тебе. – Лиза повернулась и протянула мне маленький конвертик.
Я молча смотрел на неё, не зная, что ответить.
– Да ты чего молчишь!? Будто на грабителя какого-то смотришь! – очень недовольно прокричала мне Лиза, тряся конвертом.
– В этой комнате ты единственная, кто больше всего подходит на грабителя, знаешь ли, – я выдохнул и взял конверт.
Он был очень лёгким, из тонкой и дешёвой бумаги. Возможно, это тот максимум, который я заслуживаю перед лицом тех, кто меня родил. Даже не обидно.
При попытке открыть конверт Лиза быстро схватила меня за руку.
– Нет! Стой! Они сказали, чтобы ты открыл его наедине!
Наедине? Ну и условие.
– Ладно-ладно! Отпусти руку только!
Похоже, она не заметила, как сильно сжимала моё предплечье.
