Бухарин покачал головой, вопросительно глядя на Собакина. Спустя буквально мгновенье опомнился, принялся перечислять неких знакомцев, упомянул и пару зрителей – на том все. Заветного имени не прозвучало, от чего, стоит отметить, сталось очень горько. Под куполом муры, уж думал, что соврала Шофранка. Но, в прочем, трезвость рассудка еще имелась – для чего ей врать? Жаль, даже отчества с фамилией не успел узнать. Из всего этого явствует – плохо Нил себя почувствовал. Эта девушка с кафе – явно какая-то аномалия! Засела в разуме знатно, даже не ведал для чего желает отыскать. Опасно ли такое помешательство? Пора бросать разгульный образ жизни. Вероятно, все это от него. В нем явно все беды: перекрывает дыхание и влияет на рассудок. Надо осилить проблему, но не сегодня, верно. В связи с концертной программой некого «народного любимца», общими планами кабаре, выступить сегодня не удастся.
Гнетущее состояние не покидало, а лишь нарастало с паранойей. Не ведал выхода, кроме как снова отравиться, да потеряться временно. Было страшно, обидно, но одновременно желалось двигаться – от резких порывов надрывалось и рыдало сердце, не выдерживает боле. Словом, безысходное состояние. Зря только мотался, надрывался – сильно в любимом заведении не жаловали. Голова гудела, все лишь сильнее напрягало. Обращаться за помощью было боязно – кто чего подумает? Настали не лучшие времена, но клевать носом запрещается. Не знал уж, что нужно добиться, словно в самую страшную пургу остался на улице, иль гуляет по жуткому лесу в одиночестве – так запутался в себе Нил. От жуткого давления в висках, казалось, вскоре кровь из носу пойдет. Это просто невозможно!
– Кой чего – то, о чем я догадываюсь? – вступила девушка, с которой Нил был некогда близок. Не совсем нравилась ее подача в разговоре, но не заинтересовать не могла. Очень уж ждал спасения. – Предыдущий опыт мне совершенно не был интересен. Весь вечер на взводе, а под конец с Галей, – кивнула в сторону черненькой. – пришлось добираться самостоятельно. – От чего вы не удосужились помочь нам хоть до дома отправиться? Так нагло выгнали! – теперь уж Нилу чудилось, что его на колени опустили, принизили собственное достоинство и грубо полили грязью. Совсем не хорошо, чтоб идея нечестивицы оскорбить так просто сошла с рук. Действительно, под утро прогнал прочь, было дело, но оскорблять – выходит за все рамки приличия. Считал он, правильно поступает с подобными людьми, и, впрочем, не надеялся вновь повидаться. Попытался придумать в ответ что-то колкое. В незнакомке и без сего нет ни капли буржуазности.
– У меня имеется что ищешь, – его опередила черненькая, судя по вышеизложенному, Галя. Она выглядела гораздо менее интеллигентной по сравнению со своей приятельницей, а кривые зубы с серыми мешками под глазами превращали ее не в обычную ведьму, а в изумительно уродливую. Мужчины зачастую говорят, что таких спасает лишь фигура. Б-же упаси, и только она помочь может? – Но изволю просить, в таком случае, чего взамен, – изумительно Нил оглядел нелестную. Совсем нерезонно просить у него (!) в обмен что-либо, тем более человеку, выглядевшему словно гнилой кусок мяса. Неудачно выразилась, вероятно. Проведя несложную мыслительную цепочку, полез в глубокие черные карманы – там завалялось портмоне. – Ты действительно полагаешь, что в столь тревожное время мне требуются деньги? Ныне и самые высокопоставленные люди в панике, чего уж говорить о нас. Скоро жевать купюру будут, мне видится, – старалась пошутить. – А куповать на них нечего станет. Кратко говоря, не думаю я, что в столь враждебный день до дома доберусь.
– Я вам не извозчик, не прислуга, и даже не охрана, – совершенно в голове Нила не укладывалось о чем толкует мадам.
– Вы же добрались до нас? Вот и заберите меня с Машей до дому, утром и следа не оставим.
Скривив лицо, вторая с порицанием посмотрела на Собакина. Он, заметив то, хотел выплюнуть пару неприятных словечек. Порванные чулки, короткое платьице, напоминающее ночную рубашку и дорогое колье – явно нелицеприятное создание. О том, что знакомка ошибка не только молодости, но и природы, Нил задумался еще в то злополучное утро, а ноне видя ее в глупой шляпке с перьями, вовсе сравнивал девушку с попугаем. Главное сохранять спокойствие, а то польет с три короба.
– С этим сучонком не желаю никуда идти. Я пусть устала уж сегодня, при данных обстоятельствах, тут останусь, – чудная жар-птица явно не собиралась льстить. Да и сам Нил, надо полагать, не особо планировал наступать на прежние грабли. Ишь, чего ей подавай! Такое впечатление, будто пригласили, хотя то, отнюдь, не правда. Говорит с претензией, словно знает Собакина не по мимолетной страсти. Любому не понравится. – К тому же, тут компания куда более развитая, веселая, и главное уместная!
– Ваш сон, дорогая, – использовал такое слово, ибо запамятовал имя. – Я стеречь не обязуюсь. Вот знакомку позову! – перевел взгляд на порядком наскучившую черненькую. – Только, милочка, Галина, сейчас я не горю желанием здесь присутствовать.
