Теперь все изменится. Он ещё намучается с ней, но хотел ли он искренне, чтобы эта малышка угомонилась? Странно, однако, но, похоже, его привлекает эта нелёгкая задача — постигнуть Даниэль. Он проявит терпение и понимание. Как же странно было спать рядом с нею. У него в жизни были разные женщины, но он никогда не оставался с ними в одной постели до самого утра. С Даниэль же все было иначе, только рядом с ней, он ощущал это удивительное чувство покоя и умиротворения. Наверное, это и было счастье…
Когда Даниэль осторожно открыла глаза, она замерла на некоторое время, пытаясь сообразить, как ей быть, если он сейчас окликнет её. Она набралась храбрости и повернулась, но Райана в спальне уже не было. Через широко открытое окно в комнату лился яркий солнечный свет. Даниэль ужаснулась, когда поняла, что время приближается к полудню. Она ещё никогда не спала так долго! Особенно сегодня, когда так важно было не пропустить ни единого мгновения! Даниэль тревожно вздохнула и решила, что больше не допустит подобной слабости!
Все же, чувствовала она себя замечательно, улыбнувшись и предаваясь воспоминаниям, но до тех самых пор, пока не вскочила с кровати на холодный пол. Все тело её ломило, меж ног саднило, она тяжко вздохнула, но собравшись, пришла к выводу, что никакое неудобство не омрачит воспоминаний о прошедшей ночи, о её первой брачной ночи.
Даниэль победно и радостно улыбнулась, вдруг подумав, что теперь она действительно стала женой Райану. Она выполнила супружеский долг! И, несомненно, подарила мужу радость, заставив осознать собственное счастье! Они проживут достойную, счастливую жизнь. Райан прекрасный человек, и она, сложа ладони перед собой, возблагодарила Господа за бесценный дар.
Но вдруг Даниэль поняла, не смотря на то, что её ожидало столько важных дел, она не могла себя заставить покинуть спальню. Страшное смущение охватило её так, что она закрыла вспыхнувшее лицо своими косами. Как же держать себя, когда повстречает мужа?! Должна ли она обнять его при встрече? А может поцеловать? Она горячо замотала головой. Нет, точно не стоит! Наверняка Райану не понравится, если она начнёт приставать к нему у всех на виду! Но вот если она встретит его вдали от людских глаз, тогда уж он никуда от неё не денется…
Она горько вздохнула, ощущая себя и вовсе глупой. Ей предстояло неотложное дело — спасение мужа, а она тратила время, гадая, как поприветствовать его!
Даниэль накинула серебристое платье, так напоминавшее глаза дорогого мужа и наспех заплетя косу, торопливо спустилась вниз.
Странно, что дом был пуст, она оглядывалась, ища Мей.
Они собрались в нижнем зале. Сестра сидела на полюбившемся диванчике, а у неё за спиной, положа руки на её плечи, стоял Вейн. Это не ускользнуло от глаз Даниэль. Кажется, эти двое нашли друг друга.
Морган, Лэйтон и ещё двое воинов стояли у широкого стола. Даниэль сразу же заметила Райана, он сидел, что-то тихо говоря вассалам. Вейн, стоя справа от него, кивал, ему, соглашаясь с распоряжениями. Лица у мужчин были напряжены. Даниэль решила, что они наверняка обсуждают предстоящий приезд гостей, и совсем разволновалась, не решаясь прервать их. В этот самый миг Лэйтон поднял голову и увидел её. Воин засверкал белоснежной улыбкой и махнул головой Райану.
Барон медленно повернул свою голову. Он был крайне серьёзен, и просто глянул на неё долгим взглядом, затем знаком поманил к себе. Что здесь происходило? С чего это он так серьёзен, глядя на неё? Она отогнала тревожные мысли, стараясь улыбнуться.
Все взгляды устремились на Даниэль, когда она спустилась в зал. Она была смущена и растерянна, и все присутствующие в этот час в доме, доставляли ей немало неудобства. Она глубоко вздохнула, желая оказаться наедине с дорогим мужем.
— Прошу прощения, я помешала вам, — сдавленно произнесла она.
— Это не так, Даниэль, — Райан поднялся, и едва она попыталась отойти, он удержал её, крепко обняв.
— Ты нам не помешаешь, как и твоя сестра, — добавил Райан, улыбнувшись краешком губ.
— Но вы говорили о делах, — она подняла к нему свою голову, — вы говорили о приезде барона Голлагэра?
Он опять кивнул и отпустил её. Махнув рукой, он велел рыцарям покинуть зал и сам направился вслед за ними к выходу, но вдруг остановился, уже положа ладонь на двери, чтобы толкнуть её. На один миг он замер, затем неожиданно развернулся и вернулся к жене. Он, приподнял её лицо за подбородок, наклонился и крепко поцеловал.
Руками Даниэль схватилась за его рукава. Райан заглянул в её глаза и едва слышно спросил:
— Как ты себя чувствуешь?
Даниэль сначала растерялась, не понимая, что он имел в виду.
— Но я же здорова, муж мой…
Барон покачал головой.
— Я сделал тебе больно ночью, я боюсь, что был слишком… настойчив…
Она немедленно зажмурилась, опуская голову, и чувствуя пожар на собственных щеках.
— Ты проявил достаточно заботы о моих чувствах, Райан, — прошептала она, понимая, что уши Вейна и Мей уже навострились, любопытствуя, и она не стала договаривать, что боль все же несколько беспокоила её.
