– Это один из самых красивых заповедников!!! Конечно, там не бегают табунами длинноногие красотки и никто не нюхает мерадон! Что ты ожидал там увидеть? Гарем мулаток в бикини с опахалами в руках? Это рай с бескрайними лугами, чистыми озерами и высокими горами.
– Это хреновая тайга с колючими кустами, ядовитыми ягодами и высоченными елками. А твои луга были усеяны огромными колючками, коровьими лепешками и козьими какашками! Эти колючки я потом доставал даже из белого чехла от известного дизайнера для хранения выпуклых частей моей репродуктивной системы, – последнее он почти выкрикнул высоким тенором, – мне даже нечем было вытереть зад, после тех красивых голубеньких ягодок!!!
Я засмеялась.
– Там были козлы вот с такими рогами, – он широко раздвинул руки, – бешенные гризли и обжорливые задолбалы.
– Барибалы (черный медведь)! Это был барибал.
– Меня так задолбали эти барибалы, так что пускай будут задолбалы. А еще упомяну о голодных пумах и озверевших москитах размером с жирную чайку. Ах да, забыл про койотов и волков, хотя какая разница между ними? Вечно голодные всеядные псины.
– Они живут своей жизнью, это их дом.
– Они сожрали наш ланч!!!
– Ты тоже у них кое-чем угостился.
– Ууу! – Эрик болезненно замычал. – Боже, я думал, что я никогда не вылезу из тех кустов.
– Я тебя предупреждала, не следовало есть те ягоды!
– А я был голодный!!! После четырех часов блуждания по лесу я был готов съесть свои трусы!!!
– Самое всеядное существо в нашей галактике – это ты! Трусами меня не удивишь.
Эмма с улыбкой слушала нас.
– Долго туда лететь?
– Экспресс домчал нас за час с лишним, – ответила я.
Эрик согласно кивнул.
– Экспресс понравился мне больше всего. Там вкусно кормили.
– Ты не исправим. Мы ехали в одно из немногих мест, которое осталось нетронутым, а ты был занят мыслями о еде. Все эти города, разрезающие небеса, растут выше и выше. Многие уже давно скрылись за облаками. Большая часть людей никогда не спускалась на землю. Они не знают, что это, какая энергия кроется там!
– Расскажи еще, я никогда не бывала в таких местах, – Эмма поджала ноги устроившись поудобнее. В ее руках была тарелка с апельсиновым пудингом.
– От свежего воздуха кружилась голова, он был такой…
– Холодный и мокрый! – вставил Эрик, – она заставляла нас ходить пешком!!!! Пока глайдеры были рядом.
– Ты и здесь постоянно из глайдера не вылезаешь. Когда бы ты еще свои батоны размял?! Такое единение с природой.
– Если считать, что она имела меня по полной, то это, определенно, можно назвать единением!
– А какие там достопримечательности? – Эмма не на шутку загорелась идеей. Она поглаживала руку Эрика своими длинными пальцами, похожими на руки пианиста.
– Мы побывали у озера Йеллоустон. Это одно из самых больших высокогорных озер, расположенное в центре кальдеры – самого большого супер вулкана на континенте!!
– Нашла чем удивить! Гигантской пукалкой, что извергает газы пару раз в миллион лет. Меня так извергает после мексиканского фасолевого супа, что я могу звонко пропукать гимн Соединенных Штатов Америки! – горделиво сказал Эрик, – вот гейзерные поля были прикольными. Тепленько! А потом Кейт все испортила!
Я приоткрыла рот от возмущения.
– Увидела какую-то гору и, говорит, давайте кто быстрее на нее заберется и как бросилась с Кейлом наперегонки, я едва за ними успевал.
Я вспомнила как пересеклись наши взгляды, когда мы ее увидели.
Сейчас Эрик шутливо ворчит, но на самом деле, тогда он первый бросился с грацией бизона покорять скалу. Мы были словно один организм, мы жили друг другом, читали друг друга.
– Конечно, Кейт добежала самая первая, она так быстро по камням скакала, ну как коза, – я шлепнула его по выпуклому животу, Эрик ахнул, – ну хорошо, антилопа! Схватилась за уступ и поползла вверх, мы с Кейлом только рты приоткрыли.
– Я старалась не смотреть вниз, лететь было высоко и падать жестко – внизу лежали груды камней.
– Но в этом и была вся прелесть! – Эрик приобнял Эмму за плечи.
Эмма неодобрительно покачала головой и метнула взгляд на Эрика.
– А что я! Это она главный подстрекатель!!! С нее и спрос!
– Жизнь хрупкая и некоторые ошибки исправить уже нельзя. Ее уже не починишь, не вернешь. Человек или есть, или нет.
Кажется мое сердце пропустило удар. Кажется Мерадон перестал действовать.
– Кейт, – прошептал Эрик заметив навернувшиеся слезы, – все будет хорошо, малыш.
Вот ведь черт, я ненавидела слезы! И еще больше ненавидела показывать свою слабость.
– Что может быть хорошего после того, что случилось?
– Твои выводы, которые, возможно, спасут тебе жизнь, – ответила Эмма.
Я предпочла промолчать.
Маркус наблюдал за нами с дивана. Выражения его глаз разобрать было невозможно, но мне показалось он выглядел расстроенно.
