– Мы нашли кое-какие зацепки, – второй был поменьше ростом и имел квадратную фигуру, как тумбочка, – в глайдере, который они бросили… – дальше я ничего не смогла разобрать, так как говорил он очень тихо.
– Я займусь этим лично, – проговорил Картер и покосился на меня: не подслушиваю ли я.
Следующие часы прошли в сплошных мучениях. Мама смотрела на меня встревоженно, но без злости. Она подписала все бумаги и мы, наконец, смогли отправиться домой.
– Где остальные? – спросила я у Картера уже на выходе.
– Там где им положено быть, – рявкнул он.
– Пойдем, Кейт, – сказала мама. – С ними все будет хорошо.
Добравшись домой я была вообще никакая. При первой возможности я убежала в свою комнату и с головой зарылась в одеяло, чувствуя себя опустошенной от сегодняшних волнений. Мысли не давали мне уснуть, я пыталась найти хоть какую-то зацепку. Может эти люди из прошлой жизни, и Кейл им что-то задолжал? Иногда он прокручивал разные сделки, но старался держаться подальше от опасностей. Почему они похожи между собой, и что Ксид сделал с Маркусом? Медленно я погрузилась в сон, а под закрытыми веками все время вспыхивали их лица.
Проснувшись на рассвете, от очередного кошмара, я еще некоторое время лежала в постели и смотрела как на пасмурном небе Обливиона встает солнце и облака тянутся тонкими нитями вдоль небосвода, окрашиваясь из стального в золотой и розовый. Все портили сотни флаев, словно вкрапления ржавчины на нем.
Я вспомнила, что сегодня суббота – это значило, что я еще два дня не увижу Маркуса. Интересно, где сейчас он? Как долго ему пришлось провести в участке? Едва дождавшись девяти я набрала Эрика, но его телефон был выключен. Это зародило во мне неприятное предчувствия, я постаралась оттеснить эти мысли как можно дальше. Возможно, он просто отсыпается после долгой ночи в участке.
Прошло еще два часа и несколько неудачных попыток дозвониться. Бесполезно. Теперь я начала нервничать. За завтраком я больше молчала погруженная в свои мысли, судя по тому, что никто не спросил меня о вчерашнем, мама предпочла не распространяться об этом происшествие.
Все спешили по своим делам, и, наконец, оставшись одна, я вздохнула с облегчением осматриваясь вокруг. Посередине просторной столовой был круглый стол, выполненный из материала похожего на выбеленное дерево; восемь стульев, по форме напоминавшие капли и ровные, словно стеклянные, стены волнами рисующие пространство комнаты, перетекая от светло голубого до кобальтового.
Схватив чашку с кофе я побрела к себе в комнату, ступая ногами по полированному полу. Дверь моей комнаты открылась и я зашла внутрь падая на кровать. Краем глаза я увидела мигающее сообщение. Пропущенный звонок. Неужели Эрик объявился.
– Проверка голосовой почты, – проговорила я.
– Голосовая почта отсутствует, – ответил голос, – номер не идентифициров ан.
Я просмотрела номер, с которого звонили, но это мне ни о чем не сказало, его я видела впервые. Немного помешкав, я, все же, решилась перезвонить. Вдруг Эрик или Эмма?!
– Кейт? – послышался голос Маркуса.
– Да, – ошарашенно протянула я.
– Мне Эрик дал твой номер. Я не хотел тебя беспокоить, особенно после вчерашнего, но мне нужно было убедиться, что с тобой все в порядке.
Голос Маркуса был напряженным. Он беспокоился обо мне! Эта идиотская мысль грела меня.
– Со мной все в порядке, – я постаралась чтобы мой голос звучал бесстрастно, – тебя вчера долго держали?
Несколько секунд была тишина.
– Немного дольше, чем я ожидал, – наконец ответил он.
– Когда тебя отпустили?
– Минут сорок назад.
– Сорок минут назад?! Они держали тебя почти всю ночь! – я практически прорычала это. – Это Картер, да?!
– Верно, – сказал Маркус, – он странный. Очень странный. Знаешь кофейню на пересечении третьей и второй улиц рядом с парком?!
– Да, – ответила я, – это в четвертом округе.
Кофейня там была небольшая и практически всегда пустовала, хотя и кофе там делали приличный, но вот найти парковочное место и идти пешком еще квартал никому не прельщало, вот оно и медленно загибалось. Лучшего места не придумать.
– Точно! Приезжай туда через час, – произнес он, так словно умолял, – я только заеду домой переоденусь.
Сердце заколотилось быстрее и мной одновременно овладели два противоречивых чувства: с одной стороны Маркус был серпл и здесь ничего добавлять не стоит, а с другой стороны он был гораздо человечнее многих людей, по крайней мере казался, и я хотела узнать его поближе. И, в конечном счете, он спас мне жизнь, разве этого мало, чтобы выпить с ним чашку кофе?!
– Хорошо, – сказала я глядя на часы, – через час я буду там.
