Древнеегипетский жрец Эйе, знаменитый монах-капуцин Жозеф дю Трамбле, граф Генрих Иоганн Остерман, госпожа Касуга но-цубонэ, банкир Блейхредер, евнух Ла Ляньин – имена этих людей были не слишком известны их современникам. Но сегодня мы называем их – закулисных правителей, предпочитавших действовать, оставаясь в тени официальных властителей, – «серыми кардиналами». Чем их привлекала такая власть? Возможностью обогащения, почестями? Или их больше всего пьянило сознание того, что от них зависят судьбы (а иногда и жизни!) других людей? А может быть, их устраивало, что вся ответственность ложилась на плечи тех, кто стоял впереди, так сказать, на свету, позволяя им оставаться в тени и делая практически неуязвимыми. Теперь мы постараемся вывести наших героев из тени…
«Серый кардинал»… Это выражение хорошо знакомо читателю и достаточно часто встречается как в художественной литературе, так и в исторических исследованиях, очерках, в газетных статьях. Читаем, например, у Юлиана Семенова в «Версии II»: «Победоносцева, наставника будущего царя, иначе как «серым кардиналом» в прогрессивных дворянских кругах не называли». И сразу понятно, что имеется в виду – мощный закулисный политик, вершащий судьбы страны, не выходя на первый план.
Есть одно примечательное качество этого выражения – какой-то зловещий оттенок власти «серого кардинала». Вспомним к примеру впечатляющую характеристику, данную Блоком Победоносцеву (во вступлении ко второй главе поэмы «Возмездие»): «В те годы дальние, глухие, В сердцах царили сон и мгла: Победоносцев над Россией Простер совиные крыла…»
Смысл всех приведенных примеров позволяет сформулировать значение выражения «серый кардинал», понять его смысл: суть «серокардинальства» опирается на противопоставление двух основополагающих компонентов: «обладание значительной фактической властью» (не только политической…) и «отсутствие достаточно высокого официального положения», иначе говоря, речь идет о «теневой власти».
Но быть в тени кого-либо – это означает, что есть кто-то, отбрасывающий эту тень. «Серый кардинал» всегда – за кем-то, всегда не один и не на виду, всегда – он и еще кто-то другой (или другие). Поэтому при рассказе о такой личности необходимо указать на то высокое лицо, благодаря покровительству которого реализует свое могущество «серый кардинал».
В силу этого в каждом из исторических очерков в книге, которую вы открыли, герой – не один. В том-то состоит ирония судьбы, что в повествовании о любом «сером кардинале» главный герой на самом деле всегда в тени, лишь на краткие моменты появляясь перед взорами «почтеннейшей публики», непоколебимо уверенной в главенстве совсем другого персонажа – очевидного для большинства. Вот же он! Герой, чьи судьбоносные поступки вершат историю: всесильный правитель, министр, канцлер, сёгун…
Поэтому каждая глава в этой книге рассказывает не об одной, а о двух (как минимум) личностях: явном и тайном, ведущем и ведомом, кукловоде и… Впрочем, многие из этих «явных» никак уж не подходят под определение куклы и марионетки, будучи и сами личностями в полной мере глобального масштаба, например, Ришелье, Бисмарк. Трудно представить, чтобы ими мог кто-то манипулировать! Тогда «серый кардинал» при таком колоссе – верный и неподкупный союзник, тайная опора, советник, советчик и соратник, не всегда защищающий правое дело, но всегда своего патрона.
Но откуда мы, собственно, знаем выражение «серый кардинал»? Не все читали толстые исторические фолианты, но никто из нас в своей читательской юности не прошел мимо замечательного произведения – романа Александра Дюма-отца «Три мушкетера».
С удовольствием напомним содержание первых страниц романа, те обстоятельства, при которых читатель знакомится с юным гасконцем и узнает о таинственном «сером кардинале». Когда, избитый слугами в Менге, д’Артаньян, обнаружив пропажу рекомендательного письма, грозит трактирщику именем капитана королевских мушкетеров, автор поясняет в тексте: «Эта угроза окончательно запугала хозяина. После короля и господина кардинала имя г-на де Тревиля, пожалуй, чаще всего упоминалось не только военными, но и горожанами. Был еще, правда, «отец Жозеф»… Но его имя произносилось не иначе как шепотом: так велик был страх перед «серым преподобием», другом кардинала Ришелье».
Кто же такой отец Жозеф, прозванный современниками «серым кардиналом»? Франсуа Леклер дю Трамбле (1577–1638), выходец из знатной французской семьи, получил блестящее духовное образование в ряде католических учебных заведений Европы, в 20 лет стал монахом ордена капуцинов, славящегося дисциплиной и аскетическим образом жизни, и выдвинулся как преподаватель богословия и философии. После встречи с Ришелье, который впоследствии стал могущественным министром Людовика XIII, начинается деятельность о. Жозефа в качестве ближайшего советника и помощника кардинала: он становится главой политической разведки, возглавляет разветвленную агентурную сеть Ришелье в Европе; он вдохновитель и участник всех многочисленных интриг кардинала Ришелье. Но почему же все-таки «серый»? Некоторые историки и писатели считают, что это связано с цветом одежды капуцинов. Однако известно, что капуцины носили одежду темно-коричневого или бурого цвета.
Другое предположение связано с переносным значением слова «серый» – «бесцветный», «безликий», т. е. «неразличимый», «незаметный». Так что вполне вероятно, что прозвище «серый кардинал» в своей основе имеет именно это значение – «неприметный, теневой».