— О’кей, — произнес я в ответ и, не обращая внимания на его пронзительный взгляд, направился в сторону оборудования, снятого с транспортного корабля пиратов.
Проверив, как идет разгрузка корабля, я, оглядевшись кругом, заметил пиирца и позвал его.
— Сераш, подойди, — и махнул ему рукой.
Тот быстро подбежал ко мне.
Он тоже ничего спрашивать у меня не стал.
«Ну и хорошо», — подумал я и, указав на выгруженное из трюма моего рейдера оборудование, распорядился:
— Перетащите все это в наш ангар.
— Хорошо, — ответил тот, рассматривая все разрастающуюся кучу. — Кроме этого еще что-то нужно сделать? — уточнил он.
Я немного подумал и добавил:
— Да, есть кое-что еще, — и, кивнув на отдельно стоящее судно спасателя, сказал: — На каботажнике тоже должно было кое-что остаться. Это различная амуниция и ручное оружие. Выгрузите его и перенесите в наш ремонтный ангар.
— О’кей, — подтвердил Сераш.
— Хорошо, — сказал я, — ну а дальше будем разбираться после обеда, когда я высплюсь и приду в себя. Да и поесть нормально стоит. Но все это потом.
Не знаю почему, но в сон меня клонило жутко. И я понимал, что это не какая-то насущная потребность организма, не спать я мог и раньше по паре-тройке дней, а какая-то психологическая установка, полученная в связи с установкой мне последней закачанной гипнопрограммы.
А это была, как я понимаю, преобразованная база «Эспер».
И потому, похлопав Сераша по плечу, развернулся и медленно пошёл в сторону выхода с космодрома.
Нужно было немного отдохнуть.
Тем более и вся следующая неделя обещает быть очень напряженной.
Уже перед самым выходом с космодрома я невзначай обернулся и заметил, что мне вслед устремлено множество взглядов.
Но сейчас меня больше интересовали такие задумчивые и такие заботливые глаза Талии и такие пронзительные и такие внимательные глаза Делии.
Кроме того, очень уж заинтересованно мне вслед смотрела Тара.
Как многое мне непонятно! Это была та единственная область в жизни общества, которая никак не охватывалась в тех базах знаний, что были мне установлены.
Ну, а если судить по не такому уж и огромному моему личному опыту, то напрашивался странный и несколько удививший меня вывод.
Я вызвал повышенный и живой интерес сразу у трех девушек.
Но такого не могло быть. По крайней мере, со мной.
Релус стоял и смотрел вслед ушедшему хуману.
Неожиданно он почувствовал чужое присутствие.
Обернувшись, аграф увидел стоящую рядом с ним и смотрящую вслед Серому пожилую креатку — главу местной колонии, Клариссу.
— Для вас, я так понимаю, он такой же знакомый, как и для нас? — скорее как некое утверждение и констатация свершившегося и подтвержденного факта прозвучали ее слова.
Релус не стал отвечать на этот вопрос, да тот и не требовал ответа, Кларисса и сама все прекрасно видела.
— Вы знаете, откуда он? — между тем спросила она у него.
— Нет, — честно ответил майор.
— Я почему-то именно так и подумала, — кивнув, произнесла она.
И еще немного помолчав, вдруг развернулась в обратную от выхода сторону и посмотрела на стоящих рядом девушек: Делию, Тару и молодую креатку.
— Кто она вам? — кивнув в направлении Белки, поинтересовалась женщина.
Релус хотел сначала спороть чушь вроде того, что она одна из его подчиненных, но заметив серьезный взгляд Клариссы, пожал плечами и просто сказал:
— Дочь.
— Родная? — почему-то уточнила та.
Релус подозрительно посмотрел на креатку.
— Нет, — медленно ответил он.
— Понятно, — так же медленно протянула женщина, пристально рассматривая девушку. — И вам не кажется, что она очень сильно кое-кого напоминает?
Майор уже более настороженно вгляделся в глаза этой непонятной для него и так много замечающей женщины.
— Все может быть, — осторожно ответил он.
Креатка вновь взглянула на Делию.
— Она сама знает?
И Релусу не нужно было пояснять то, о чем сейчас спросила Кларисса.
— Да, — медленно кивнул ей в ответ Релус, поднося руку к оружию.
Но креатка, будто не замечая этого, спросила:
— А он?
— Не знаю, — честно ответил тот, — но судя по его словам, да.
— И вы ему доверяете? — вдруг спросила она.
Только теперь майор понял, для чего был затеян весь этот разговор.
Кларисса пыталась для себя решить, насколько можно верить этому непонятному челу.
Непонятному как для них, так и для него.
Он немного подумал, а потом совершенно искренне ответил:
— Мы все еще здесь, — будто этот ответ мог сказать о многом.
Но, похоже, Клариссе большего и не нужно было, хватило и этих слов.
— Я поняла, — произнесла она и собралась отойти в сторону.
— Ну, а вы, вы сами-то доверяете ему? — неожиданно для себя спросил Релус.
Кларисса посмотрела на него жестким и пронзительным взглядом креата, привыкшего решать судьбы миллионов.
— Вы все еще здесь, — очень тихо ответила она и, уже отворачиваясь, добавила: — Кроме того, не только у вас есть дочь.
Когда женщина ушла, майор понял, что им и его отрядом получено настоящее, а не мнимое разрешение остаться в колонии.
И получено это разрешение даже несмотря на те возможные неприятности и последствия, которые может повлечь их пребывание тут.
