Минуту спустя он вернулся на улицу в брезентовой куртке, снятой с одного из убитых мужчин. Утренний дождь скрывал следы крови на его темно-коричневых брюках. Он шел через туман, целенаправленно, но без спешки направляясь к автобусной остановке возле Карлова моста. Он слегка прихрамывал, но в остальном совершенно не отличался от растущей толпы людей на улицах, начинавших свой рабочий день.
Фицрою предложили для отдыха маленькую комнату с кроватью, но он наотрез отказался. Вместо этого он погрузился в беспокойную дремоту на стуле с высокой спинкой за столом в конференц-зале. Техник двигался от одного терминала к другому вокруг его сгорбленной фигуры, а Ллойд регулярно звонил по мобильному телефону. Сотрудники безопасности всю ночь стояли у дверей внутри комнаты и снаружи.
Сэр Дональд проснулся в половину седьмого утра и потягивал черный кофе, когда Техник обратился к Ллойду через комнату:
– Сэр, албанцы не отвечают.
Ллойд, сидевший на стуле напротив Фицроя, пил кофе и рассматривал карту Праги. Он посмотрел на говорившего и пожал плечами.
– Трудно ответить, когда ты мертв.
– Но мы точно не знаем… – с надеждой заговорил Техник. Фицрой не слушал его.
– Минус один, – пробормотал он. – Остается одиннадцать. Это не займет много времени.
Фицрой улыбнулся, когда подносил чашку к губам, и это не ускользнуло от внимания Ллойда. Он встал, обошел вокруг стола красного дерева и опустился на одно колено перед сэром Дональдом.
– Мы с вами можем выглядеть противниками, но сейчас у нас общая цель, – тихо сказал он. – Если вы тайно радуетесь победе Серого Человека, то помните, что чем ближе он к цели, тем выше ставки. Чем быстрее он отправится в грязь, тем лучше будет для вас, вашего сына, невестки и драгоценных маленьких внучек.
Улыбка сэра Дональда померкла.
Примерно через час запищал спутниковый телефон Фицроя. Ллойд и его люди моментально перешли в режим молчания. Сэр Дональд нажал кнопку громкой связи после третьего звонка.
– Корт? Я пытался связаться с тобой. Как ты там?
– Что за херня тут происходит?
– Ты о чем?
– Еще одна боевая группа только что попыталась замочить меня.
– Ты шутишь.
– Похоже на шутку?
– Честно говоря, нет. Кто они?
– Ни хрена не похожи на нигерийцев. Трое белых козлов, с виду из Центральной Европы. У меня не было времени проверять их удостоверения личности. Впрочем, если бы от этих парней был какой-то толк, они бы не носили документы.
– Должно быть, Абубакир продолжает использовать наемников. Неудивительно, у него тугие карманы. Ты не пострадал?
– Пострадал, но только не от этих клоунов. Вчера в самолете получил пулю в бедро.
– Огнестрельная рана?
– Ничего страшного.
Ллойд быстро потянулся к блокноту и записал информацию.
– Сынок, возникли осложнения.
– Осложнения? За последние сутки мне пришлось ухлопать восьмерых человек из-за прокола в вашей агентуре. Вы чертовски правы насчет осложнений!
– Нигерийцы знают, что я твой куратор.
На другом конце спутниковой линии наступила пауза.
– Вот дерьмо, Дон, – наконец сказал Джентри. – Как это произошло?
– Как я и сказал… осложнения.
– Тогда вы находитесь в такой же опасности, как и я, – в голосе американца появилось беспокойство. – Это лишь вопрос времени, когда они доберутся до вас.
– Они уже добрались.
Новая пауза.
– Что случилось?
– Они забрали мою семью. Моего сына, невестку и внучек.
– Двойняшек, – тихо сказал Корт.
– Да. Они держат их во Франции и внушают мне, что я должен сдать тебя, иначе они убьют их. Полчаса назад они дали мне двое суток для того, чтобы захватить тебя живым или мертвым. У них есть оперативные группы, которые охотятся за тобой, но они хотят, чтобы я сливал им информацию о твоем местонахождении.
– Очевидно, ты уже это сделал.
– Нет, сынок. Я не сказал ни слова. Конечно, ты был как-то скомпрометирован в Ираке, а нигерийский агент видел, как ты садился на самолет в Тбилиси. Я ничего им не сказал, и не собираюсь этого делать.
– Но у них семья вашего сына.
– Я не воюю со своими людьми. Ты тоже член семьи.
Лицо Фицроя болезненно исказилось от отвращения к собственным словам, но Ллойд кивнул, явно одобряя способность пожилого англичанина одновременно предавать и подбадривать своего лучшего убийцу. Фицрой виртуозно играл на немногих оставшихся душевных струнах Серого Человека.
Ллойд знал досье Джентри, как свои пять пальцев. Он знал, что будет дальше.
– Где их держат?
– Шато в Нормандии, к северу от Байё.
– Сорок восемь часов?
– Уже минус полчаса. Дедлайн наступает в воскресенье в 8:00. По их словам, у них есть осведомители во французской полиции; любой намек на государственную операцию против этого места приведет к массовой резне.
– Да, от копов не будет проку. У меня более высокие шансы пойти одному.
– Не знаю, о чем ты думаешь, Корт, но тебе слишком опасно предпринимать любые…
– Дон, ты должен доверять мне. Попасть туда и самостоятельно расчистить это дерьмо, – лучшее, что я могу сделать. Мне нужно, чтобы ты поставлял мне любую информацию об их силовых структурах, не выдавал информацию обо мне, и тогда я верну твою семью.
– Как?
– Как-нибудь.
