— Не надо… Это мои слова — дрожащим голосом ответил Сенлуин и взяв себя в руки добавил: так же на этой же доске стоят фигуры, которые ещё могут пригодиться! И, как мне кажется, фигуры, которые не желают подчиняться приказам гроссмейстера. А если фигура бракованная, то ее необходимо заменить! Я прав?!
— Хорошо. Я в игре. — ответил Мантрикс, ухмыляясь, — Перестань тухнуть и стань жестоким как прежде!
— Спасибо за совет легионер Мантрикс! Всем ясны свои роли?! Если да — свободны, если нет — спрашивайте! — произнёс Сенлуин. Как он и ожидал, вопросов не было и все покинули зал в полном молчании.
Этот вечер и ночь он провёл сидя в плетёном кресле и любуясь волнами океана. Иногда он вздрагивал, вспоминая слова Мантрикса на совете. Этой ночью не спала и Алевтина. Она не спала, терзаемая засевшими в голове словами Оливии и Элеоноры. Не помогло и успокоительное, за которым пришлось лезть в аптечку. Ей хотелось напиться до чертиков, что она и делала в таких случаях пока не приехала сюда, где был бар, который к ее разочарованию оказался запертым. И теперь она лежала поперёк двуспальной кровати с растрёпанными волосами и с открытыми глазами, не в силах заснуть от животного страха, овладевшего ею.
Позже она признается в своём дневнике, что этой ночью ей было также страшно, как и тогда, когда она висела, словно Иисус перед распятием, привязанная к обородуванию для контроля превращений людей в полудемонов.
Я не однократно пытался разговорить ее на эту тему, тему трансформаци, но она все время уводила разговор другое русло. Я слышал, что она никогда не спускалась в лабораторию цитадели… А в прочем я многое чего слышал, видел и знаю о моей семье, но история не об этом…
Сенлуин сидел в плетёном кресле на балконе своей виллы, любуясь океаном. В воде отражалось ночное небо с его верными спутниками — звёздами. В руке он держал давно опустевший бокал. Пытаясь отогнать мрачные мысли, нахлынувшие на него после слов Мантрикса, он решился пропустить в одиночестве пару бокалов вина, но после первого же глотка Сенлуин, заворожённый отражением звёзд в темной воде, утонул в воспоминаниях о прошлом. О своём собственном прошлом, которое возжелал забыть, выбрав иной путь, но слова одного из лейтенантов группы Мантихор пробудили их. Мантрикс явно дал ему понять, что отдаваемые им ныне приказы не отдают той прежней жестокостью и хладнокровием, с которым Кербин двести лет назад управлял орденом, не показываясь на публике.
Вы помните приказ 36, согласно которому было убито свыше двух сотен гражданских? Если да, то вы помните реакцию на него Мэриан и ответную Сенлуина. Здесь, по его приказу было убито десятки человек, но он прекрасно помнил и времена, когда по его слову, его люди, убивали и тысячи людей. Ради своей цели и целей ордена он купался в крови своих жертв. Почему же он тогда не красный кардинал, а серый? Этому существует множество объяснений.
Многие в ордене знали, что Кербин ведёт тесную дружбу с Авалонами, но мало кто знал, что одна из самых могущественных семей ордена преклоняется перед этим юношей. Ведь когда-то, не без его помощи, Авалоны утвердили своё влияние в России в середине семнадцатого века. Безусловно, обеспечив всестороннюю поддержку монарху. Много тогда было убито народу. Тысячи и тысячи людей лишились своих жизней по приказу Кербина.
В следующем столетии Сенлуин и поступит на службу в группу Мантихор, за годы которой выполнит безупречно сотни шпионских и спасательных операций. Он никогда не считался с тогдашним главой группы и выполнял приказы, задействуя минимум людей. Он никогда не оставлял следов, кроме гор трупов, которых тогдашняя полиция не могла связать вместе.
Весь прошлый век и посей день он стоял на трибуне, размахивая оружием, а теперь он снова уходит в тень. Уходит в тень лишь за тем, чтобы активировать всех своих спящих до этого момента агентов.
Полгода свободы.
Они пробыли в Италии ещё неделю. Обратно они летели вместе с Катариной, Мэриан и телохранителями.
К моменту их возвращения обучение в институте возобновилось. Войдя в одно из зданий института первое, что заметили парень с девушкой был плакат перед которым лежали цветы, а на нем были прикреплены примерно пару десятков фотографий студентов и преподавателей. Несколько лиц выглядели знакомо.
— Это и ваша ошибка, кардинал — прошептал Кербин, вспомнив слова Генерала, а в слух произнес, — Судя по малочисленности народа, не все ещё оправились.
— Хорошо, что наших на этих фото нет.
— Да. Но это не значит, что все они пришли сегодня.
— Угу. Давай поднимемся к аудитории. Парень кивнул.
Как и говорил Сенлуин в институт пришли не все. Но это его не огорчало. Главное, что все его одногруппники живы. А что до других, то он сделал все что было в его силах.
***
Этот разговор произошёл ещё в то время, когда Сенлуин и Алевтина ещё жили на вилле. Тогда парень слетал во Францию дабы проверить, как идёт восстановление замка.
