— Не обязательно. Главное, что ты — царских кровей.
— Не было у нас в роду царей!
— Лада, не спорь, я по запаху чую. Царская кровь — не водица, и зря ты от нее отказываешься. В нашем мире царевна — это что-то вроде талисмана на удачу. В какую бы передрягу ты ни вляпалась, все у тебя будет хорошо. Может, не сразу, конечно…
— Оно и видно, — пробурчала Лада. — Мне двадцать шесть, ни семьи, ни детей, ни работы нормальной…
— В вашем мире магия крови не действует, — сокрушенно покачал головой Волк. — Только самую малость.
— А может ты ошибся? Мои родители на аристократов не тянут, бабушки-дедушки тоже, сплошной пролетариат.
— Скорей всего ты праправнучка Русалочки, — задумался Серый. — Она после свадьбы икру метнула, царь за голову схватился.
— Чего это? — заинтересовалась девушка.
— А как же? Всех наследников обеспечь, царство дели. В общем, пошел царь войной на соседей. И началась столетняя война. Кто из Русалочкиных детей стал править, кто погиб, кто пропал — всех не упомнишь. Наверное, кто-то и в ваш мир просочился. Глаза у тебя точно как у Русалочки, обалденные.
Лада смутилась под пристальным взглядом Волка, потупила глаза. Что ж, это бы объяснило ее сумасшедшую любовь к морю.
— Спасибо за интересную лекцию, а я все же домой.
— Счастливого пути, — ответил Волк. Он уселся на пенек, вытянул ноги. Красный клубочек подпрыгивал рядом в траве. Лада огляделась. Так, когда они пришли, избушка стояла к ним правым боком. Девушка подошла к деревьям, раздвинула ветки, где-то здесь должна быть тропинка. Лес ощетинился, выставил сухие ветки, колючий кустарник окружил полянку густой изгородью.
— Ах да! Найти тропинку не так-то просто. Нужно немного магии, — Серый неопределенно покрутил рукой в воздухе.
— И ты мне не поможешь, значит? — недобро прищурилась Лада.
— У меня свой интерес, — признался Волк и оттянул ошейник. — Страсть как надоела эта штука. Спасу Ивана — отдам старый долг — стану свободен. Так что, Лада, возвращать тебя домой мне нет никакого смысла. Но! У меня есть сюрприз!
— Боюсь представить, что еще, — недовольно буркнула девушка.
Волк встал с пенька, свистнул так, что уши заложило, и перед Ладой появился конь. Он гарцевал, фыркал, прядал ушами, земля вздрагивала под золотыми копытами. Девушка протянула руку, осторожно потрогала белую шею.
— Прокатимся? — Волк вырос из-за плеча как змей-искуситель и подставил руки замком.
Клубок весело катился по тропинке, подпрыгивая на кочках, пока не уткнулся в здоровенный валун. Камень вырос посреди дороги, словно огромная лысая голова, укутанная шарфом из мха. Странные символы обвивали его спиралью, уходя под землю.
— Что на нем написано? — спросила Лада, отпустив поводья.
Волк перекинулся человеком, вырос рядом с конем, протянул девушке руку, помогая спуститься.
— Тебе надо прикоснуться к камню, царевна, — сказал он.
— Не зови меня так, — фыркнула Лада. Она подошла к камню и положила на него ладонь. Вокруг темнело. Закатные лучи напоследок плеснули в еловые верхушки багрянцем, а потом землю окутали сизые сумерки.
— Сегодня ничего не получится. Надо устраиваться на ночлег, — сказал оборотень. — Утро вечера мудреней.
Он натаскал хвороста, устроил Ладе лежанку из еловых веток. Конь пасся неподалеку, сияя белой спиной в ночи. Лада изучала содержимое сумки, подаренной Бабой Ягой.
— Кубик-рубик, помада и бусики. Серьезно?
— Никогда не знаешь, что пригодится, — философски заметил мужчина.
— Помада красивая, — одобрила девушка, открыв колпачок. — Люблю такой оттенок. Все же Ядвига умеет себя подать.
— Как тебя угораздило выйти за тролля? — спросил Волк, протягивая озябшие руки к огню.
Лада передернула плечами.
— С чего мне с тобой откровенничать?
Волк потянулся, пошарил в сумке и вынул оттуда початую бутылку мартини, хитро подмигнув девушке.
— Хотя… — Лада сделала глоток из горла. — С Женей было весело. Поначалу. А потом он начал шутить надо мной. И шутки становились все злее, пока не переросли в откровенные издевательства. А ты почему один? — спросила она, протягивая Волку бутылку. Тот не стал отказываться и пригубил немного.
— Я не свободен, — ответил оборотень, морщась от спиртного.
— О, значит, есть еще и Волчица? — оживилась Лада.
— Нет. Пока на мне эта штука, — Волк с отвращением оттянул ошейник, — я не могу завести свою стаю. Не могу идти, куда хочется, не могу мечтать, строить планы. Ради свободы я на все готов! Попал бы в капкан — отгрыз бы себе лапу! Ты меня понимаешь? Скажи, понимаешь?!
— Понимаю, понимаю, чего завелся? — удивилась Лада непонятной нервозности оборотня. — Давай сменим тему. Расскажи, каково это — превращаться в зверя?
— Быть Волком круто, — оскалился оборотень. — Звуки, запахи, сила. Не будь ты царевной, я бы тебя укусил — сама бы узнала.
— Эй! Полегче!
— А что? После всего, что между нами было — это был бы естественный ход событий.
— Да что между нами было?!
— Ты чесала мне животик!
Лада задохнулась от возмущения.
— А что я должна была делать, когда ты расстелился передо мной, как болонка?
— Я просил, не называй меня собакой!
