Лада протянула руку, будто собираясь сорвать землянику из бороды хозяина. Волка перекосило, и она отвела руку в сторону, взяв малину из тарелки.
— Спасибо! Я словно в раю, — еще одна улыбка улетела Лешему.
— Вы можете оставаться в этом раю сколько угодно, прекрасная царевна. Могу вам после завтрака баньку истопить. Лучшего банщика во всем сказочном царстве не сыскать!
Оборотень понятливо усмехнулся, уселся в стул напротив, рассматривая Ладу. Свитер он так и не надел.
— Может, оденешься? Принести твою кофту? — недовольно спросил Леший. Сам он был в белоснежной рубахе с яркой зеленой вышивкой, оттеняющей его глаза, и светлых брюках с заутюженными стрелками. Обуви он не носил, гигантские ступни, заросшие шерстью, высовывались из-под стола. — Сегодня свежо после ливня-то.
— Я закаленный, — ответил Серый, не сводя с Лады глаз. — К тому же царевна уже видела меня голым.
— Только по пояс, — уточнила девушка, беря еще одну малинку. — Хотя твоя… ммм… твой хвостик выше всяких похвал, — она многозначительно улыбнулась Волку.
— А тебя не так просто смутить, — заметил оборотень.
— Ты вчера застал меня врасплох. Я устала, не выспалась, к тому же ты ловко сыграл на моем чувстве вины. Но знаешь, сегодня я могу признаться — я действительно по-разному отношусь к тебе зверю и человеку. Надеюсь, это тебя не слишком ранит?
— Да не парься, — отмахнулся Волк, беря булочку и макая ее в мед. — Я и сам по-разному себя чувствую в разных обличьях. Когда я волк, то мне больше хочется тебя укусить. А когда человек, то… — он многозначительно подвигал бровями, — ну, ты понимаешь.
— А расскажи-ка лучше, царевна, как тебе удалось Кощея одолеть, — нахмурился Леший, которому совсем не нравилась тема их разговора. — Я вчера пытался у Волка выведать. Да оказалось, что он большую часть боя провалялся в углу половой тряпочкой. А Колобок после пьяной вишни только песни горланить был горазд.
— Я Кощею почти горло перегрыз! — возмутился Волк. — До сих пор во рту такой привкус поганый, как будто нефти хлебнул. Но я тоже послушаю. Расскажи, Лада, кто преломил Кощееву иголку?
— Эммм, — Лада прикусила губу.
— Что? — сразу посерьезнел Волк.
— Марьяша разбила яйцо, — сказала девушка.
— А иголка?
— Она просто упала куда-то. Но он погиб! От него осталась кучка пепла! А взрыв магии был виден, наверное, в Елисеевом дворце.
Леший нахмурился, теребя уголок скатерти:
— Я вчера ходил к башне. Хотел внутрь зайти, да что-то отвело.
— Струсил, — подал голос Колобок и снова страдальчески зажмурился.
— А ежели Кощей до сих пор там, он мог меня убить. Высосать, как русалок, которых гномы за башней закопали, — Леший всхлипнул, спрятал лицо в широкие ладони.
— Я же не знала, что надо иголку сломать! — воскликнула Лада. — Да и что с ней станется? До сих пор там на полу валяется, наверное. Давай вернемся, поломаем ее — и делов!
— То есть мы не убили костлявого? — осознал Колобок.
— До тебя сегодня туго доходит, булка, — съязвил Серый. — Нет, мы его не убили, не до конца. И нет, возвращаться мы не будем. Я не царевич, подвиги — не моя стихия. Мы расколдуем Ивана, и пусть он идет в башню. Вдруг Кощей уже снова сидит на троне, закованный в свой самовар? Он выпьет мою магию и заберет твое яйцо, Лада. Один раз нам повезло, не факт, что повезет во второй.
— Что за яйцо? — заинтересовался Леший.
Лада сходила за сумочкой, вынула из нее шкатулку. Золотой бок яйца сверкнул маленьким солнышком.
— Можно?
Лада протянула Лешему яйцо, и тот осторожно взял его в руки, поднес к уху.
— Он там живой, — прошептал он. — И совсем скоро появится на свет. Оставь его у меня, царевна, — попросил он со странной жадностью, — я за ним присмотрю получше тебя.
Лада чуть ли не силой вырвала у него яйцо и спрятала назад в шкатулку.
— Ты знаешь, кто из него появится? — спросил Волк.
— Нет, — ответил Леший. — Но магии в нем через край. Если Кощей жив, то он не оставит тебя в покое, царевна. Отдай яйцо мне.
— Он по-любому ее в покое не оставит, — равнодушно пожал плечами Волк. — Она его убила. А Кощей — мстительный гад. Это он Ивана усыпил, на пару с Елисеем, которому уж больно хотелось усадить свой тощий зад на братский трон.
— То есть Елисей тоже считает вас своими врагами? — уточнил Леший.
— Ага, — кивнул Волк, беря еще одну булочку.
— Я соберу вам припасы в дорогу, вам лучше поспешить, — Леший встал из-за стола и, не глядя на Ладу, скрылся в избушке.
— Накрылась твоя банька с самым лучшим банщиком, — злорадно сказал Волк девушке, закидывая последнюю булочку в рот.
