На шершавом стволе открылись крохотные глазки, ноги, корнями уходящие в землю, выпрямились. Ветер трепал маленькие нежные листочки, покрывавшие лицо стражника густой бородой.
– Мы хотим пройти, – сказала Лада. – Мы ведь хотим? – шепотом уточнила она у Волка. Конь вопросительно захрапел, пятясь подальше от пропасти.
– Хотим, – твердо ответил оборотень. – Пропусти нас, Хранитель моста.
– Отгадайте мою загадку, да загадайте мне такую, чтобы я не нашел ответа, тогда пропущу. А если не отгадаете… – Ветви-руки зашумели, протянулись к путникам.
– Но-но, – отодвинулась Лада. – Давай загадку!
– Что это такое – ранит, обжигает, в пепел превращает?
– Любовь! – выпалила девушка. Ветки затряслись, потянулись к ней жадными плетями…
– Огонь! – крикнул Волк, загораживая собой Ладу. – Это огонь!
Хранитель опустил ветки, затих, поскрипел.
– Ладно, – сказал он недовольно. – Засчитаю. Хотя первый ответ был неправильный.
– Что за идиотская загадка, – тихо возмутилась Лада. – В загадке должна быть метафора, скрытый смысл. А тут – что обжигает – огонь.
– Что ты хочешь от него? – ответил Волк. – Он же дерево.
– Я все слышу, – заскрипел Хранитель. – Давайте свою загадку. Посмотрим, сколько в ней смысла.
– А вот она! – Лада вынула из сумки кубик-рубик, повертела, смешивая цвета. – Соберешь?
Дерево взяло кубик-рубик, покрутило ветками, хмыкнуло. Потом уселось на край пропасти, свесив вниз длинные ноги, почесало сучком макушку.
– Мы как бы спешим, – намекнул Волк.
– А? – повернулся Хранитель. – Послушайте. А подарите мне эту вещицу! Такая забавная!
– И можем ходить туда-сюда? – уточнила Лада. – Типа абонемент?
– За столь ценный подарок позволю вам считать мой мост открытой дорогой, – величаво склонил голову Хранитель.
– Так тому и быть! – обрадовался Волк. – Спасибо!
Лада взяла под уздцы упирающегося Беляша, повела за собой. Волк шел последним, держась за канатные перила.
– Только не говори, что боишься высоты, – съязвила Лада. – Где же твоя хваленая храбрость?
– Смотри под ноги, – буркнул оборотень.
Они перебрались через мост без приключений, Волк забрал у Лады поводья Беляша, пошел вперед, показывая дорогу. Тропинка вихляла меж камней, которые так и норовили выскользнуть из-под ног, Лада совсем выбилась из сил, дыхание с шумом вырывалось у нее из груди, в ушах стучало. Она едва не взмолилась о передышке, когда скалы расступились, и в лицо хлынули теплый закатный свет солнца и свежесть бриза. Девушка зажмурилась от внезапной вспышки, открыла глаза. Бескрайний синий простор дышал, ворочался, бился волнами о скалистый берег.
– Море! – воскликнула Лада и, забыв об усталости, бросилась вперед. Она преодолела спуск в считанные минуты, стянула опостылевшие кроссовки, носки и вошла в воду. Галька перекатывалась под пальцами ног, морская пена нежно целовала уставшие ступни.
– Осторожней там, камни, – предупредил ее Волк, спускаясь с Беляшом.
Лада обернулась и, рассмеявшись, брызнула в оборотня. Он покачал головой и стал устраиваться на ночлег.
Солнце спряталось за горы, и ночь наступила почти мгновенно, как будто выключили свет. Звезды замерцали в синем бархате, Луна повисла над морем, желтая, как глаз оборотня. Лунная дорожка бежала по волнам прямо к их лагерю. Беляш отошел к ручью, ниточкой тянущемуся в море, и теперь топтался по ощетинившейся травке.
Волк сидел у костра, подбрасывая сухие веточки в пламя. Тени метались по его лицу, превращая в незнакомца. Лада доела бутерброд, стряхнула крошки с колен.
– Долго еще до Ивана? – спросила она.
– Тут рукой подать, – ответил Волк. – От силы полчаса ходу.
– Чего ж мы остановились? – удивилась девушка. – Зачем устроили привал?
– Я хочу провести еще одну ночь с тобой, – Волк поднял голову, и его глаза вспыхнули, отразив пламя.
– Ты сам-то понял, как двусмысленно это прозвучало? – Лада пошарила в мешке с припасами, достала бутыль с водой, отхлебнула. После слов Волка у нее в горле пересохло.
– Я хочу узнать тебя поближе.
– Вот сейчас понятней не стало, Серый.
– Расскажи мне о себе.
Лада настороженно посмотрела на оборотня. Он выглядел несчастным и рассерженным: уголки губ опущены, брови сведены, пальцы ломают ни в чем неповинную веточку.
– С чего это? Мы валандаемся с тобой по сказочному царству уже… да я счет дням потеряла! И теперь ты решил поговорить?
– Не хочешь – не надо, – Волк раздраженно искромсал ветку и швырнул ее в огонь, – я и так все о тебе знаю!
– Ой ли, – ехидно улыбнулась Лада.
– Ты белоручка – не умеешь толком ни готовить, ни шить, зато отлично ездишь верхом, у тебя заразительный смех, очень тонкие запястья и дурманящий запах, любимый цвет – розовый, ты всегда естественна и чувствуешь себя как рыба в воде хоть на спине Горыныча, хоть на царском обеде…
– Розовый? – возмутилась Лада. – Розовый?!
– Нет? – удивился оборотень. – А у Елисея в гостях ты только розовое и носила. Я до сих пор не могу от того платья отойти…
– Другого не было!
– Ну ладно, промашка вышла. И какой цвет твой любимый?
– Синий.
– Под цвет глаз? Я мог был догадаться.
– Волк, к чему все это? – прямо спросила Лада. – Почему ты вдруг заинтересовался мной?
