Видно, щадя мать, Родс не написал, что с висячих настилов летели вниз не только повозки и тачки, но и люди. Их изуродованные тела поднимали потом в тех же больших кожаных мешках, в которых из каждой ямы доставляли наверх породу. Чаще это была участь черных рабочих, выполнявших самую тяжелую работу, — старатели нередко нанимали их, оставляя за собой только роль надсмотрщиков. Но гибли и белые.
Алмазную лихорадку в Южной Африке мы представляем далеко не так отчетливо, как золотую в Клондайке или Калифорнии. Но брет-гартовский «Ревущий стан» и джек-лондонская «Страна Белого Безмолвия» в какой-то мере дают представление о Кимберли.
Жара. Сушь. Нет свежих продуктов, не хватает самого необходимого. Страшная дороговизна — из-за дальности и трудности пути. Цены в Кимберли во много раз выше, чем в Кейптауне. Недостаток питьевой воды. Эпидемии.
Как найти хороший участок? И как защитить его? Постоянное нервное напряжение, мгновенная смена радости и отчаяния. Убийства. Самоубийства. Смерть — не событие, а будни. Болезни, даже самые страшные, — ничто. Мысли людей занимает одно — алмазы.
Ямы становятся все глубже и глубже, переборки между ними истончаются, обвалы происходят все чаще. Сам холм с каждым днем уменьшается, стесывается тысячами лопат. Усилиями старателей на месте холма Колсберг со временем возникло самое большое искусственное углубление в земной коре. Его назвали Большой ямой. К 1914 году, когда разработка этих копей была прекращена, глубина кратера достигла 1098 метров и из него извлекли уже больше трех тонн алмазов. Место это до сих пор привлекает множество туристов.
Кажется, Родс предвидел такой оборот событий. «Когда-нибудь на месте этого холма я увижу большой водоем», — писал он. Вряд ли он понимал, что, когда такое время наступит, именно ему, Сесилу Родсу, и будет принадлежать все это.
Но как же это случилось? Включиться в число старателей, стать одним из десятков тысяч человеческих существ, копошившихся в этом муравейнике, — разве это уже все? Восемнадцатилетний молодой человек без опыта старательского дела, да, в сущности, и вообще без жизненного опыта…
В самое ответственное время — на первых порах — Родс оказался предоставлен самому себе. Уже через две недели после приезда на прииски он оказался один: Герберт надолго уехал в Наталь, а оттуда в Англию. А ведь среди конкурентов Сесила были люди с большим опытом приискового дела.
Так как же все-таки он разбогател? В чем состоял, как сказали бы сейчас, феномен Сесила Родса?
Тайну быстрых обогащений нелегко понять (да что там говорить, признаюсь, мне сейчас трудно понять секрет появления «новых русских»). Не потому ли так широко бытовали в Америке легенды о мальчишках-чистильщиках сапог или разносчиках газет, вдруг становившихся миллионерами. Конечно, проще всего объяснить дело слепой удачей —
Вскоре же по приезде на копи Родс писал матери: «В субботу я нашел 175/8 каратов… Я надеюсь получить за них сто фунтов… Вчера я нашел отличный камешек в три с половиной карата, продал за тридцать фунтов… В среднем я нахожу тридцать каратов в неделю». Скоро он стал приобретать участки для самого себя, не довольствуясь теми, что уже имелись у брата. Когда Родсу было восемнадцать с половиной лет, его участки оценивались в пять тысяч фунтов.
Так что удачи были. Но разве этим все исчерпывается? Родс с самого появления своего на алмазных копях не входил в число беднейших старателей. Нужды он не знал. Ему не приходилось думать, что он будет есть завтра и будет ли у него крыша над головой. В случае неудачи на юге Африки он всегда мог вернуться в Англию.
Мы не знаем, с какой суммы он начинал: сколько дал ему отец, отправляя в дорогу, сколько он заработал в Натале продажей хлопка. Знаем только, что он получил две тысячи фунтов от тети Софи, сестры своей матери. Но даже эта сумма — только часть его достояния — разве она так уж мала? Многие из тех, кто разбогател в пору алмазной горячки, начинали с неизмеримо меньшего. Братья Родсы были среди тех весьма немногих старателей, которые владели целыми, неподеленными участками. Большинству это было не по карману.
Старший брат при всей своей непоседливости, а может быть, именно благодаря ей, оказал Родсу услугу. Он поспел на копи одним из первых. А потом часто уезжал с копей. То его манили слухи о золоте, найденном где-то в глубине континента, то он продавал оружие африканским вождям, за что был посажен португальцами в тюрьму в Лоренсу-Маркише… И как когда-то доверил младшему брату ферму, так доверил ему и работу на своих участках, а это была хорошая школа. В 1873-м Герберт уехал совсем и продал Сесилу свои участки. Еще через несколько лет, забравшись далеко в глубь Африки, он погиб где-то у озера Ньяса. Вроде бы сгорел в своей хижине во время пожара из-за взрыва бочонка рома. Смерть искателя приключений.
