– Как ты горяч, – заметила миссис Делвил. – Но если мистер Белфилд действительно таков, он заслуживает твоих похвал. Ты хорошо его знаешь?
– Возможно, не слишком, но он из тех, кто очаровывает с первого взгляда. Могу я представить вам мистера Белфилда, когда он оправится от раны?
– Разумеется, но берегись: как бы твоя рекомендация не посрамила твою проницательность.
– Твоя участливость, Мортимер, – вставил мистер Делвил, – порождает лишь трудности и заботы. Ты пренебрегаешь выгодными знакомствами, на которые я тебе указываю, а вместо этого опрометчиво завязываешь бесполезные связи. Подумай-ка лучше о своем будущем, чем компрометировать себя дружбой с проходимцами.
– Не думаю, сэр, что мистер Белфилд заслуживает звания проходимца, – ответил Делвил-младший. – Он и впрямь небогат, но с его занятием и при его способностях нажить состояние просто.
– Кто бы он ни был, нам известно, что он не из высшего общества. Следственно, Мортимеру Делвилу он не товарищ. Если можешь оказать ему услугу, советую тебе так и поступить. Но, думая о других, не забывай о долге перед древним почтенным родом, из которого происходишь.
– Неужели мы не можем предложить мисс Беверли иных развлечений, кроме семейных назиданий? – спросила миссис Делвил.
– Мне надо извиниться перед мисс Беверли за то, что я дал для них повод, – сказал Делвил-младший, вставая. – Но если она вновь соблаговолит посетить нас, надеюсь, буду более осмотрителен.
С этим он вышел из комнаты.
Мистер Делвил также поднялся.
– Передаю вас в хорошие руки, дорогая моя, – сказал он. – Миссис Делвил, конечно, будет счастлива услышать вашу историю. Расскажите ей все без утайки.
После этого он, к великой радости Сесилии, удалился.
– Эти мужчины, – заметила миссис Делвил, – никак не могут взять в толк, что подобные выяснения болезненны для чувствительных женских натур. Мы с вами не станем ничего выяснять, пока не узнаем друг друга получше. И если вы все же доверитесь мне, я от всего сердца постараюсь помочь вам и советом, и делом.
– Вы очень любезны, сударыня, но мне решительно нечего рассказать.
– Что ж, пока я довольствуюсь и таким ответом. Однако в дальнейшем рассчитываю, что вы будете по-дружески откровенны со мной.
– Я буду рада ответить на любые вопросы. Но в отношении этого дела я действительно…
– Дорогая мисс Беверли, – с лукавым недоверием прервала ее миссис Делвил, – мужчины редко рискуют своими жизнями без надежды на вознаграждение. Но больше ни слова об этом.
Сесилия решила, что дальнейшие протесты породят лишь новые подозрения, и сдалась, утешаясь тем, что истина неизбежно выйдет наружу. Однако торопиться домой она не стала. Расположение, внушенное ей наружностью миссис Делвил, в ходе беседы переросло в почтение. Та действительно оказалась несколько горда, но это качество смягчалось утонченностью и добротой и ничуть ее не портило. Сесилия получила от визита такое удовольствие, что, хотя ее карета была подана к полудню, лишь в два часа она неохотно откланялась, с радостью согласившись через три дня отобедать у своего нового друга. Хозяйка дома обещала до этого времени вернуть ей визит.
Миссис Харрел ужасно хотелось знать, как ее подруга провела утро. Она не сомневалась, что та вернулась от Делвилов с твердым намерением встречаться с ними только по необходимости, поэтому была разочарована, когда Сесилия заверила ее, что восхищена миссис Делвил. Эта дама совершенно обворожила ее, и она снова задумалась о том, чтобы переехать к Делвилам, несмотря на неприязнь к спесивому опекуну.
Сразу после обеда мистер Харрел пожелал говорить с Сесилией наедине. Они направились в гостиную, где после цветистого вступления, повествующего о достоинствах сэра Роберта Флойера, мистер Харрел официально сообщил, что от имени этого господина предлагает ей его руку и состояние. Сесилия, не слишком удивившись, попросила опекуна передать баронету, что не может принять предложение.
Мистер Харрел весело заметил, что для начала и этот ответ неплох, но назавтра уже не сгодится. Однако, когда Сесилия заверила его в твердости своих намерений, он раздраженно осведомился о причинах отказа. Девушка полагала, что довольно и того, что сэр Роберт ей не нравится, но мистер Харрел насмешливо усомнился в этом. Он убеждал ее, что Сесилия не могла получить более выгодного предложения. Состояние сэра Роберта столь же внушительно, как его внешность и положение в свете. Она сама продиктует условия брачного контракта. Сесилия попросила мистера Харрела удовлетвориться прежним ответом, так как другого не будет.
– Почему тогда вы так испугались за него в опере? – воскликнул ее собеседник. – Все заметили, что вы оказали сэру Роберту предпочтение.
– Мой испуг был вызван лишь внезапностью ссоры и к сэру Роберту относился не более, чем к мистеру Белфилду.
