Сестра четырех полностью

ДОКТОР. А в прошлом году – катастрофа? А в позапрошлом? Но об этом никто не говорил.

ДЕПУТАТ. Так вы считаете, что это… Заговор?

ПИСАТЕЛЬ. Нет, не заговор. Так не сговоришься. Все мы несемся на такой скорости, в едином ритме… Просто всем захотелось остановиться, понимаете? Кто-то крикнул: пандемия! И все остановились…

Все встают.

ФУНГИ. Просто белка не знала, что можно жить без колеса. Колесо крутилось, пока она его крутила. А перестала – смотрит: всё в порядке. И мир не рухнул!

ДЕПУТАТ. Да как же не рухнул! (Включает телефон, читает.) Паника на биржах. Валюты скачут. Цены на нефть упали до критического уровня. Это абсолютный минимум за последние двадцать лет. И после этого говорить, что мир не рухнул!

ФУНГИ. Вы заменили собой радио. Учитывая решительность нашего Писателя, рискованная это должность.

Звонит телефон Доктора.

ДОКТОР (измененным голосом). Алло… Нет, это не главврач – его заместитель. У главврача обнаружили вирус, и он в реанимации… У кого спросить? У него спросить? Он на вентиляции легких… Ах, не надо спрашивать… Ну хорошо, не буду. (Кладет телефон на тумбочку. Задумчиво подходит к окну.) А мир действительно не рухнул.

ФУНГИ. Считаю, что это надо отметить! У меня есть еще одна бутылка, но это, надо признаться, последняя.

ДОКТОР. Не извольте волноваться – у меня в кабинете этих бутылок знаете сколько! Сейчас схожу. (Выходит.)

ДЕПУТАТ. Исключительно, небось, коньяк. И исключительно французский. Почему всем носят французский коньяк – есть ведь и другие напитки?

ФУНГИ. Ну, всем, допустим, не носят. Вот мне почему-то коньяк никогда не дарили – даже отечественный. Молчу уже о французском.

ДЕПУТАТ. А вы, если не секрет, чем занимаетесь?

ФУНГИ. Ну, допустим, пиццу развожу.

ДЕПУТАТ. Французский коньяк за привезенную пиццу – это как-то многовато будет, согласитесь.

ФУНГИ. А вы пробовали нашу пиццу, Депутат? Нет, пробовали? Хотите, я сейчас вам ее закажу? (Достает телефон.) Жаль только, в инфекционную больницу ее никто не повезет.

Входит Доктор с сумкой коньяка.

ДОКТОР. Вот, принес. Просьба ни в чем себе не отказывать.

ПИСАТЕЛЬ. Что, в самом деле французский коньяк?

ФУНГИ (подойдя к Доктору и заглянув в сумку). В самом деле французский.

ДОКТОР. А вы французский не любите? Провинция Коньяк.

ФУНГИ. Да нет, любим, любим… Но не все.

ПИСАТЕЛЬ (закрывая дверь в палату). Так за что мы собирались пить?

ДОКТОР. За то, что мир не рухнул. (Разливает коньяк.) И, если повезет, не рухнет.

ДЕПУТАТ. Что значит – если повезет? У истории есть объективные законы, по которым всё развивается… (Пьет.) Есть, понимаешь, производительные силы и производственные отношения…

ФУНГИ (пьет). Какая чушь – эти ваши производственные отношения!

ДЕПУТАТ. А белка в колесе – не чушь? Я о законах истории, а вы о белках – есть разница?

ФУНГИ. Пока белка крутилась в колесе, это ей казалось законом истории, а перестала крутиться – и ничего. Никакой катастрофы. Оказалось, что крутиться в колесе – не закон. Можно, конечно, заставить и в колесе крутиться. Но это не закон.

ДОКТОР. Что вы думаете, Писатель, о законах истории? В чем они состоят?

ПИСАТЕЛЬ. У истории один закон – ритм! Екклесиаст сказал: время разбрасывать камни – и время собирать камни. И дальше: время обнимать – и время уклоняться от объятий.

ФУНГИ. Это – именно то, чем занимается наша Сестра.

ПИСАТЕЛЬ. Большие войны начинаются не потому, что в них существует объективная необходимость, а потому, что войн давно не было. Пролетарии соединяются – пролетарии разъединяются. Приливы и отливы. Историю определяет ритм.

ДОКТОР. За ритм! (Пьет.)

ДЕПУТАТ. Ну, если так…

ФУНГИ, ПИСАТЕЛЬ, ДЕПУТАТ. За ритм! (Пьют.)

ДОКТОР (Фунги). Ну, как коньяк?

ФУНГИ. Ничего. Но как по мне – водка лучше.

ДЕПУТАТ. Тогда пейте свою водку – кто вам мешает?

ФУНГИ. Ага, вот вас только спросить забыл.

ПИСАТЕЛЬ. Друзья мои, не ссорьтесь! Мы еще сами не понимаем, в какое время живем!

ДОКТОР. И в какое же?

ПИСАТЕЛЬ. Стремление к объединению сменилось чем-то противоположным. Не вирус вцепился в человека, здесь всё наоборот: человек оседлал этот вирус, чтобы на нем сбежать от глобализации. Вспомнить о существовании границ – и закрыть их!

ФУНГИ. Да это готовый тост – остается достать водку! (Лезет под кровать, где лежит его рюкзак с водкой.)

ДЕПУТАТ. Что ни говори – упорный парень!

ДОКТОР (разливая коньяк). Французский коньяк – русской водке не враг… Писатель, послушайте, я стал автором пословицы!

ПИСАТЕЛЬ. У пословиц нет авторов. Если есть автор, то это не пословица.

ДОКТОР. А если все-таки пословица?

ПИСАТЕЛЬ. Тогда автор должен умереть. В мире пословиц всё очень жестко.

ФУНГИ (лицо – удивленное). Там, под кроватью, коса…

ДЕПУТАТ. Коса?!

Фунги вытаскивает из-под кровати косу.