Я понимала, что страшно виновата перед Кэлом. Ведь, по сути, я готовлю ему еще один шок. Но, поскольку иного выбора у меня не было, я приступила к реализации намеченного плана. Сама отлепила от груди липкие пластинки, которые подсоединяли меня к монитору ЭКГ, потом взяла свой рюкзак и поставила его на кровать, чтобы проверить содержимое. К счастью, паспорт и бумажник были на месте. Не было только мобильника.
Записку для Кэла я оставила прямо на подушке. Затем схватила рюкзак и прошмыгнула в ближайший от меня туалет. Плотно закрыв дверь кабинки, быстро переоделась в джинсы и свитерок, который привез мне Кэл, волосы собрала в один пучок и закрутила их тугим узлом на затылке.
Приоткрыв дверь туалета, глянула в коридор. Мне ведь для того, чтобы вырваться на волю, еще предстояло миновать пост дежурной медсестры, расположенный буквально в нескольких метрах от туалета. К счастью, сестра на данный момент отсутствовала. Я распахнула дверь пошире и нагло двинулась вперед по коридору к выходу из отделения. Вспомнила, как детектив предупреждал меня о нежелательной встрече с представителями медиа, дежурившими на входе в больницу, и стала искать боковой выход. И, к счастью, скоро нашла.
На улице я тут же уселась в первое свободное такси.
– Пожалуйста, в аэропорт, – скомандовала я водителю.
– Как скажете, мисс. – Шофер включил двигатель, и мы тронулись с места.
Женщина, сидевшая за окошком крохотной билетной кассы, поинтересовалась, куда мне надо.
– Женева! – выпалила я, не раздумывая. В самом деле, больше всего на свете мне сейчас нужна была забота Ма и вкуснейшее фасолевое рагу, которое специально готовила для меня Клавдия, зная, что это мое самое любимое блюдо. Кассирша принялась набирать что-то на компьютере, и вдруг перед моим мысленным взором возник белоснежный потолок в пещере…
– Одну минутку! – спохватилась я, обращаясь к кассирше. – Простите меня. Это все мой плохой английский, – соврала я на ходу, чтобы не выглядеть в ее глазах полнейшей идиоткой. – Я хочу не в Женеву, а в Гранаду… в Испанию!
– Хорошо! – устало вздохнула женщина. – С этим будет посложнее…
Через один час и сорок пять минут наш самолет разбежался по взлетной полосе и взял курс на лондонский аэропорт Гатвик. Я почувствовала, как сильно сдавило в груди. Самолет уже приготовился нырнуть в густые облака, но я успела глянуть сверху на серый городок под названием Инвернесс и на заснеженные пейзажи вокруг. И послала им прощальный воздушный поцелуй.
– Ты был абсолютно прав, дорогой Чилли. И я обязательно расскажу им, что это ты направил меня домой.
21
И вот мой самолет коснулся взлетной полосы в аэропорту Гранады. К счастью для себя, я благополучно проспала все три часа перелета из Гатвика сюда. Словом, выспалась на славу. Не успела я ступить на бетонированное покрытие взлетно-посадочной полосы, как меня тут же окутало теплом, запахло цитрусами и плодородной землей. Несмотря на то что было еще только начало февраля, температура даже в такое позднее ночное время превышала десять градусов, что после шотландских минусовых температур показалось мне самыми настоящими тропиками. Пройдя паспортный контроль и получив на руки свой багаж, я навела справки в информационном киоске для туристов о наличии отеля в Сакромонте.
Женщина тотчас же вручила мне рекламный проспект.
–
– К сожалению, сеньорита, в этом отеле нет телефонов. Но вы не беспокойтесь. Свободный номер там всегда найдется.
– Спасибо.
Я вышла на привокзальную площадь и направилась к ближайшему банкомату, чтобы получить немного наличных евро. А затем отправилась на стоянку такси.
– Куда вам, сеньорита? – поинтересовался у меня водитель.
– Пожалуйста, в Сакромонте,
– Приехали на фламенко-шоу?
– Нет. Мне нужно в тамошнюю гостиницу. Отель «Куевас эль Абанико». – Я показала водителю рекламный проспект, который вручила мне женщина из справочно-информационной службы в аэропорту.
–
Мы ринулись вперед на головокружительной скорости. Я невольно пожалела, что уже темно и нельзя разглядеть те места, мимо которых мы проезжаем. Одно не вызывало сомнения: снега не было нигде. Я сбросила с головы капюшон и расстегнула куртку, вдыхая полной грудью влажный воздух. Минут через двадцать мы уже въехали в сам город. В центре Гранады царило оживление, судя по количеству прохожих на улицах, и это несмотря на то, что было уже одиннадцать часов вечера. Такси свернуло влево, и мы поехали по какой-то узенькой дорожке, скорее по тропинке, чем по обычной асфальтированной дороге, неуклонно поднимаясь все выше и выше в гору.