— Хорошо! — радостно кивнула Милана и, поцеловав застывшую от такого Харуно в щечку, убежала к папе, сама покраснев. Розоволосая улыбнулась и, встав на ноги, пошла к брату, который, взяв её за руку, поспешил уйти отсюда, а то пристальный взгляд «Демона» уже осточертел.
А Гаара всё смотрел им вслед, и в голове появлялись странные мысли. Теперь ясно, почему порой Сакура путала его и этого «Марионеточника», они, и правда, внешне схожи, разве что глаза и татуировка… А что если…
— Папочка, — окликнула его дочурка, посмотрев вниз, Собаку-но улыбнулся и, взяв её на руки, понёс к машине. Да, пусть некоторые скажут, что был выход не согласиться на условие Сакуры, но ведь только так Гаара понял, что есть такое слово как «благородство». Теперь всё будет по-другому — больше ему не нужна власть, которая способна отнять жизнь близкого человека.
Сев в машину, Сасори и Сакура смотрели в окно, мужчине было крайне сложно сегодня: так хотелось врезать пару раз «Демону», да ещё побывал в той школе, где всё то зло происходило с его сестрёнкой…
— Сакура, хоть убей, не понимаю, — девушка вздёрнула бровь, удвлённо на него посмотрев. — У тебя в руках была болевая точка врага, ты могла убить его раз и навсегда, почему же так поступила?
Девушка усмехнулась, вводя его в ещё большее недоумение. Она посмотрела на него, сверкнув глазами.
— Эта причина ты, — парень только было хотел спросить, но Сакура взяла его руку в свои и с улыбкой продолжила: — Наша с тобой разлука закончилась в конце концов встречей, я была так счастлива снова увидеть тебя. Поэтому для этой истории я хотела того же самого — пусть лучше они будут вдвоём, я никогда не видела такой жизни в глазах «Демона», дочь, и правда, делает его лучше.
— Ты очень добрая, — усмехнулся «Марионеточник» и, почувствовав, что сестра сама села поближе, приобнял за талию и положил свою голову на её макушку, — я тебя очень люблю…
— Знаю, нии-сан, — улыбнулась Харуно, продолжая смотреть на заснеженный лес и мелькающую дорогу, прижимаясь при этом к родному человеку. И только водитель, поглядывая-таки на заднее сидение, невольно улыбался. Если того «Демона» делает лучше дочь, то Сасори-сама совсем другой с сестрой. Но, когда водитель в зеркале увидел хмурый взгляд красноволосого, адресованный ему, сглотнул, чёрт, спалился…
— Что тут происходит? — удивленно сказала Сакура, просто войдя домой, но тут же к ней выбежала радостная Ино и дворецкий.
— Ну, наконец, вы вернулись! — хлопнула в ладоши Тсукури, видя взгляды брата и сестры на украшенный мишурой и разными фигурками дом. — Это мы с Грен-саном и Деем придумали, вам нравится?
— Боже, мой дом… — скептично трогая мишуру, сказал Акасуно, но, глянув на Сакуру, особенно на её потеплевшие и светящиеся глаза, всё понял сам. Вообще-то, все эти годы Сасори не праздновал этот праздник, ему было просто не до него, и как Ино, Дейдара и их родители не старались уговорить мальчика хотя бы загадать желание в 12 ночи — не выходило.
— А мне нравится, — с улыбкой сказала Харуно, для неё с детства Новый год — что-то волшебное, но по понятным причинам долгое время она избегала этот праздник, но не теперь.
— Пойдёмте, нам ещё с вами ёлку наряжать! Ведь Сасори помнит, что сегодня тут бал? — Ткнула парня в бок локтем блондинка, отчего Акасуно покашлял.
— Бал? — удивилась Сакура, м-да, она как-то была на балу один раз и с того дня для неё это ассоциируется с перестрелкой и кровью…
— Да, будет весело! — Как маленькая захлопала в ладоши Ино. — Танцы, музыка, много мальчиков, что ещё надо для счастья?!
— Может, мозгов? — Вышел из зала весь спутанный в гирлянде Дей и тут же получил по голове от возмущённой сестры. — Вот же, дикая!
— Кто бы говорил! — надулась Ино, потом снова загорелась. — Сакура, а можно придёт Сай-кун? Можно, можно, можно?!
— Эм, ну… Если Сасори не против… — пожала плечами розоволосая, и её брат на щенячьи глаза Ино, так уж и быть, согласился.
И сейчас они наряжали большую и пушистую ёлку, всё как в традиции Европы, ведь на балу будет много иностранных гостей.
— Эх, я буду кружиться под музыку… — мечтательно сказала Ино, вешая шарик на ёлочку. Неожиданно Сакура усмехнулась, и, первый раз увидев такую её, Тсукури покраснела. — А что смешного, Сакура?
— Да нет, просто вспомнила кое-что… — посмотрев в своё отражение в ёлочной игрушке, сказала Харуно, — я однажды уже была на балу и там кружилась в танце с одной странной девушкой.
— Чего… — уронил только распутанную гирлянду Дей, Акасуно же вздернул бровь.
— А что такое? Из меня кавалер ещё тот, — усмехнулась Сакура и, подойдя к Ино, натянула капюшон и протянула, приглашая на танец руку, нежно сказав: — Вы подарите мне танец?
— Сакура, я не лесби, но влюбилась… — с сияющими от удивления глазами, произнесла Тсукури, ведь от Харуно веяло такой энергетикой сейчас, словно девушка сияла, даже с парнем легко перепутать… Но тут Сакуру развернул к себе брат и, не спрашивая, закружил в танце, хотя ни музыки, ни костюмов на них не было.
