«Что он тут забыл? — первое, что всплыло в голове, но, когда Саске стал преграждать дорогу Харуно, Сасори почувствовал пульсацию в висках от злобы. — Ему что, мало того времени, что было? Да и сестра явно выглядит не радушной, какого чёрта лезешь?»
Между теми двумя шёл диалог, о чём можно ещё говорить? Может, пора вмешаться? Но тут Учиха стал наклоняться к ней лицом, но Харуно быстро увернулась и прошла мимо, отчего у Акасуно отлегло даже, пока Саске не притянул её вновь к себе, после впившись в губы…
Сознание полетело к чертям, глаза сами расширились, а сердце остановилось. Но такое длилось недолго — вскоре в душу проникла волна, нет, даже буря ярости и злобы, Акасуно затрясло. Какого хрена там происходит?! Почему Сакура не отталкивает его?! Что это значит?!
— Доигрались, — сквозь зубы выплюнул он, быстро подойдя к своему столу и достав из ящика пистолет… Сасори быстрым шагом щёл вниз, держа пистолет наготове. В голове стучало и всё повторялось: «Разорвать, уничтожить, забрать». Никто не смеет прикасаться к его сестре! Акасуно распахнул двери, наплевав на мороз и холод, ровным шагом пошёл в одной рубашке, штанах и туфлях к ним, выпуская из-зо рта пар, но Саске там давно уже не было, точнее его машина только отъехала.
Мужчина смотрел на спину сестры, давить в себе что-либо — не выходило, а логические выводы в голове заставляли ощутить себя даже униженным.
«Она его не отталкивала, этот сученок спокойно поцеловал её, как это понимать?! Почему, он прикасается к ней, так легко?! Что между ними, она снова соврала мне, что ничего нет?!»
— Какого хе** сейчас было? — Харуно пропустила удары в сердце, как в фильмах ужасов медленно поворачиваясь и тут же попадая под убийственный взгляд карих глаз брата, который сжимал в руке пистолет. Но и Сасори, видя сейчас такой её взгляд, чувствовал, что желание выплеснуть на сестру все эти мысли только усилилось.
— Начнём с того, что ты видел? — спокойно ответила девушка, просто уже чувствуя, что тон ниже или выше — и всё полетит к чертям, хотя самоконтроль сейчас держать было крайне трудно.
— Я видел всё! — неожиданно рявкнул брат, Сакура сглотнула, но смотрела в глаза брата уверенно, что его и раздражало. Она что, совсем не видит в том, что произошло, что-то странное хотя бы?! — Какого чёрта, Сакура?! Ты говорила, что между тобой и Учихой ничего нет, и в то же время уезжаешь с ним на всю ночь не пойми куда, и потом ещё целуешься около нашего дома!
— Успокойся и дай мне объяснить…
— Нет! Очередное твоё «я ничего не чувствую к нему» мне слышать осточертело! — Парень схватил её за руку, да так, что девушка стиснула зубы. — Что вы делали этой ночью?!
— Стояли у обрыва, — сверкнула она глазами, но видела, что он не поверил ни единому слову.
— Мне нужна правда, Сакура, что ты делала с НИМ этой ночью? — Акасуно был непреклонен, его глаза словно были готовы разодрать на части, но девушка смотрела не лучше. Сакура сейчас чувствовала, словно её обвиняют ни за что. Всё это время она держала в голове мысль, что Сасори переживает, что надо быстрее вернуться, надо быть холодной ради него и думать здравым умом, а, приехав, она получает обвинения и подозрения?
— Приехала на край обрыва и разговаривала, но переговоры не прошли успешно. — Мужчина неожиданно схватил её вторую руку, подтащив к себе. Мозг отказывал понимать, только ревность, которая поглотила его с головой, а ещё эта навязчивая идея о несправедливости. Почему ему можно обнять её, поцеловать, сказать что угодно, и на это никак не отреагируют, но, если подобное сделает Сасори, всё падёт крахом. Чувство лишения, словно ему запретили полноценно дышать, когда другим это дозволено, даже с лихвой!!!
— Ты что, такая же, как эти штамповки?! Повелась на его лживые слова и красоту?! — Девушка расширила глаза, но тут же сузила их. Ах, вот как, братик…
— Всё это время я думала, как бы побыстрее приехать к тебе, знала, что ты места себе не находишь, но не могла раньше. А ты, оказывается, хорошей фантазией владеешь, Сасори. Отпустил меня, — последнюю фразу девушка сказала так резко и холодно, как могла, вложив всё своё раздражение. По правде говоря, она должна сказать это Учихе, но такие мысли брата стали последней каплей.
— Что же ты ему так не говоришь? — Сузил Акасуно глаза, только сильнее сжав её руки.
Ну ладно… Харуно вывернула руки, так что освободилась сама собой и, сделав несколько шагов назад и одарив брата хмурым взглядом, сказала:
— Говорю, только он, как ты, такой же непробиваемый баран. — Сакура прошла мимо него в дом, оставляя Сасори стоять с опущенным взглядом и холодом в сердце, который сама же и вызвала. Когда парень услышал, как за сестрой закрылась дверь, поднял голову к небу. Очередная ссора, которая в сердце оставила словно порез. Зачем она так? Почему не может увидеть очевидного, почему словно целый мир был против него сейчас? Он не имел никакого права ревновать, но и просто принять эту ситуацию не мог…
