- Но тогда позвольте, - скрывая недовольство за улыбкой, лорд окончательно перешел с иносказаний на прямую речь, не допускающую иных толкований, - предложить вам маленький подарок.
- Не позволю,- глянула холодно, свысока, уже конкретно на собеседника.
Все, игры закончились. Пора сказать прямо.
- Из ваших рук я не приму даже родниковой воды.
И смягчила категоричность тона легкой игривой усмешкой. Погрозила пальцем, будто собираясь наказать малыша.
- Отчего же вы так суровы ко мне, прекраснейшая? - недоумение, не слишком искреннее.
- Я не сурова, милорд, я разумна. И осторожна.
Однако в свете последнего происшествия с башней это утверждение не выглядело правдой. Развалины напоминали о пережитой опасности, и о том, что все происходящее - одна большая игра на выбывание, в которой будет только один победитель…
Воспоминание, наконец, пробилось из глубины сознания и развернулось во всю ширь.
Все, что беспокоило подспудно, исподтишка подтачивало уверенность, смущало, странным образом ассоциируясь с герцогом Айворы, выплеснулось, схлестнулось с реальностью и завертелось перед глазами яркими смазанными пятнами.
- Золотой дождь…
Стою, уперев руки в бока и слегка запрокинув голову, на самом краю сцены.
Огонь десятков свечей разгоняет мрак, за спиной - натянутый на рамы холст, расписанный под пещеру, жаровня, от которой вверх вьется тонкий ароматный дымок, и голос кружащейся вокруг нее ведьмы:
- Возьму пять частей серебристой золы, три капли ледянки и света речного, пыльцы сих прекрасных белых узорных цветов я добавлю семь сотен песчинок… Огонь прогорит, вскипит дикий пар, и чернью котельной выступит яд. На главы врагов отольется горящей слезой, мой дождь золотой!
- И месть, да, месть, - подхватываю я, позволяя голосу взвиться под самый купол, - исполненной горя души! Она - свершится? В мученьях умрут, страдая от боли, лишенные власти отродья равнинной чумы?
- О, да, - хрипло каркнула ведьма в ответ,- не один не увидит рассвета…
Торжествующий полубезумный смех вырывается из горла. Сейчас я - зримое воплощение рыжей горской княжны…
- Золотой дождь, о дождь золотой, ты прольешься отчаянья волной… - задумчиво процитировала слова из старой пьесы, подходя ближе. Протянула руку, словно для поцелуя. Отметила, как вздрогнул лорд Варис, мимолетно погладив кольца. Провела кончиком пальца по обшлагу, расшитому плотной нитью, и успокаивающе качнула головой.
- Но все же, замечу, что одно ваше обещание мне по душе. А вы, герцог что-то о нем забыли.
- Какое?
- Прогулка в Арсенал.
- О, так вы… согласны? - недоверие и облегчение.
- Разумеется. Предупредите милорда сенешаля, через некоторое, весьма короткое время, ему придется отложить дела…
Мы же союзники? О, да. Положила руку на предложенный согласно этикету локоть.
- Почему бы не пойти сейчас?
- Увы, - притворно вздохнула, - сначала надо разобраться с одним делом.
Договором, если точнее.
Обещания надо выполнять, или убивать того, кому обещал.
- Мы подождем, - склонил голову герцог, понимающе улыбаясь, - но я разочарован, ваше высочество.
- Ну, лорд Варис, не стоит… Всякое происшествие имеет две стороны, и в каждой неприятности можно найти выгоду.
- Но кто выгадал в этом случае? - герцог, развернувшись, провел рукой в сторону развалин, намекая на огромные расходы.
Я поясню…
- Выгадали, для начала, вы. Мой голос. Затем, я. Близкое знакомство с недоступными ранее возможностями в тех или иных искусствах и их пристальное изучение всегда приносит пользу. - Если не убивает. - Выиграл дорогой кузен Риланд. Маленькое соглашение о сотрудничестве.
- Ну что же…
Здесь все воспринимают мелкие предательства как должное и неизбежное. Герцог не оказался исключением. Если что-то может принести пользу, то надо это сделать, пусть даже если это окажется подлость…
- Мы будем ждать вас. С нетерпением. Но все же, расскажите, где вам довелось побывать?
И какую информацию получить?
- Вы слышали что-нибудь о подземельях?
Подхватила привычным движением подол платья, спускаясь по лестнице. Шаг за шагом, замирая на полмига, полслова. Одна ступенька - одна фраза, обтекаемая, многогранная. Полная ускользающего смысла. Я рассказала все и не сказала при этом ничего. Так просто и так сложно. Обещала и обманывала, успокаивала и предостерегала от излишней активности.
И распрощалась, позволяя герцогу удалиться в полной уверенности, будто я принадлежу ему.
- Ждите меня, милорд, ждите… - многообещающе прошелестела ему вослед. И развернулась, пристально всматриваясь в лица слуг.
Не пора ли перекусить?
Позволив этой мысли отразиться в хищных, широких движениях, заставила людей расступиться.
Темная комната, по углам прячутся обрывки пыльных чар. За дверью слышатся голоса, это слуги откачивают бывшего владельца апартаментов, мелкого лорда без права голоса. Широкое окно занавешено темными портьерами, по краю которых тянется неразборчивый узор, сумрак разгоняют несколько жалких мерцающих огоньков.
Трепещущий белый свет оживляет тени. На широкой кровати, утопая в мягкой перине, лежит Грей. Его грудь медленно вздымается, иногда по коже пробегает легкая дрожь.
