«Её прямо распирает от желания мне все рассказать. Тот шляхтич оправдал ожидания, а такое случалось не так часто».
Марина села на кровать и откинулась на подушки.
– Панна желает…
Мнишек прервала служанку приказом:
– Марта, садись рядом.
Женщина села и спросила дочь воеводы:
– Панна вернулась с победой?
– С полной победой, Марта.
– «Крепость» выкинула белый флаг?
– Почти сразу, – самодовольно заявила Мнишек. – Хотя молодые мужчины иногда бывают просто смешны.
– И как он?
– Поначалу был даже робок.
– Робок? Можно ли поверить, моя панна?
– Я сказала поначалу. Но потом… Потом он показал себя как нужно.
– Панна может его сравнить с…
– Он просто лев, Марта.
– Лев? Это слишком сильно, панна.
– Я знаю, что говорю, Марта.
– Моя панна не часто хвалит ночных кавалеров.
– Раньше их не за что было хвалить. Это были не те кавалеры. Но этот на высоте! Он красив не только внешне, он весьма хорош на поле любви.
– Но панна не хочет сказать, что бросит все…
– Нет. Мой путь к трону лежит через постель принца Димитрия. Я уступлю ему в свое время.
– Пусть он сделает панну царицей. Пусть бросит к её ногам Московию. Я помогу панне переодеться.
Мнишек дала Марте исполнить обязанности служанки, которая всегда помогала госпоже одеваться и раздеваться.
– Я иногда сомневаюсь в нем, Марта.
– В московском принце?
– А в ком еще? Не в пане же Нильском. Царевич Димитрий пока загадка. Так ли он честолюбив? А если он не добудет трона?
– Но король и многие вельможи за него. Они посадят его на трон!
– Мой отец думает так. Но все же, иногда меня посещают сомнения. Если он слаб в постели, то, может, он слаб и на поле боя?
– Пусть панна не наговаривает на царевича. Он не слаб в делах любви.
Марина Мнишек усмехнулась этому заявлению служанки.
– Марта, он взял тебя нынче ночью?
– Да, и не один раз.
– Он понял, что в его кровати ты, а не я?
– Сразу понял, моя панна. Хоть в покоях и было темно, как велела панна.
– Он сказал тебе?
– Не стоит забывать, что мы с ним были не первый раз.
– Но ведь в темноте все кошки серы. Так ведь говорят?
– Он назвал меня Марта. И сделал это сразу, еще до первого раза.
– И все?
– Он сказал: «Пусть будет так».
– И он был доволен?
– Моя панна плохого обо мне мнения, – с усмешкой стростила красавица-служанка. – Ваш жених у моих ног. Но я не посягаю на право панны.
– Что за право? Пусть спит с тобой. Но ты не надоешь ему быстро?
– Панна обижает меня. Меня быстро не бросают, хоть я не так красива и свежа, как моя панна.
Марта лукавила. Она слишком хорошо знала о своей красоте и о том, что как женщина была гораздо привлекательнее панны Марины. Но она всегда льстила девице Мнишек, а та принимала эту лесть за чистую монету.
Марина спросила:
– И он тебе самой нравится?
– Вы о постели, моя панна? – спросила Марта с усмешкой.
– Да.
– Принц силен в этом деле.
– Этот московский гость здесь волочится за каждой юбкой. Еще бы. На Москве его не баловали вниманием такие женщины.
– Но разве панна уверена?
– Уверена в чём? – спросила Мнишек.
– В том, что пан Димитрий не царевич? Он много скитался и много пережил. Его могли скрывать верные люди.
– Оставь, Марта. Он такой же сын Грозного, как ты дочь короля Франции. Нет! Он не царского рождения, но он может занять трон! И что мне до того, кто его отец? Пусть подарит мне корону!
Мнишек осталась в одной рубашке с кружевами и осмотрела свою фигуру в зеркале.
– Панна прекрасна, – сказала Марта.
И Марина с ней была согласна…
А.С.Пушкин «Борис Годунов».
***
Самбор.
Сентябрь 1604 года.
Лагерь армии самозванца.
В лагере под Самбором среди шатров и многочисленных знамен шли военные игрища. Шляхтичи соревновались в искусстве владеть оружием. Звенели сабли и гремели выстрелы из мушкетов.
Немецкий капитан муштровал наёмников с пиками и с презрением истинного солдата косился на шляхту.
– Посмотри, Клаус, – сказал он своему сержанту, – на этот сброд. Они почитают себя солдатами.
– Нам с ними выступать в поход, капитан. И если бы мы стояли против шведов, я не дал бы за этих вояк и медного гроша.
– К счастью, мы идем не на шведов, Клаус. Но и твои пикинеры никуда не годятся.
– Это тридцать оборванцев – новый набор, капитан. Я сделаю из них солдат.
