Стеллу встретили тепло, хотя зрители еще не успели остыть после того восторженного приема, который они оказали Митчу. Но вот она начала говорить, и в зале мгновенно установилась мертвая тишина. Я не вслушивалась в то, о чем она говорила, мой мозг превратился в сплошную кашу, а каждая клеточка моего тела понукала меня бросить все и бежать отсюда без оглядки.
– Я не смогу! Я ничего не смогу… – с отчаянием в голосе прошептала я на ухо Майлзу.
– Нет, Электра, ты сможешь. Ты сможешь уже хотя бы потому, что в эту самую минуту Па Солт, и твоя мать, и сам Господь Бог – все они сейчас смотрят на тебя с небес. Ведь это же они все вместе привели тебя на эту сцену, потому что верят в тебя и знают, кем ты можешь стать. Так ступай же вперед, и пусть они гордятся тобой.
– Ладно, ладно.
– Тридцать секунд, Электра.
Моя крохотная группа поддержки сгрудилась вокруг меня, все шептали добрые слова напутствия.
– Десять секунд! Она уже объявляет вас…
– Черт! – шепотом выругалась я.
– Электра, ваш выход!
– Я люблю тебя, – прошептал мне на ухо Майлз, легонько подтолкнул вперед, и я пошла на сцену.
Июнь 2008 года
–
Я схватила пульт дистанционного управления и нажала на кнопку «Запись» на тот случай, если они не успеют вовремя спуститься вниз, тогда мы сможем просмотреть все в записи. А потом, стоя посреди гостиной, я с изумлением смотрела, как моя младшая сестричка вышла на средину сцены и встала рядом с женщиной, которая, судя по всему, была ее бабушкой.
По рядам прокатилась волна удивленных возгласов. Впрочем, едва ли публика была удивлена больше моего.
– Что? Что это? – воскликнула Клавдия, когда они с Ма вбежали в гостиную.
– Взгляните! Это же наша Электра! – Я указала рукой на экран. В эту минуту к нам присоединилась Алли с Бэром на руках.
– О боже! Так это же, скорее всего, тот самый концерт в защиту Африки, о котором столько писали в последнее время, – сказала она.
– Да, это он. Но тише! Послушаем Электру.
Элегантная пожилая женщина поцеловала Электру в щеку и сошла с помоста, уступая место внучке. Наверное, потому что я хорошо знаю свою маленькую сестренку, от меня не ускользнул тот страх, который плескался в ее глазах, когда камера приблизила к нам ее лицо.
– Добрый вечер, леди и джентльмены, молодежь и детвора, все, кто нас сейчас смотрит, – произнесла она первые слова тихим, почти неслышным голосом.
– Говори же, Электра! Громче! – воскликнула Алли.
– Как сказала моя бабушка, я здесь, потому что совсем недавно узнала, что мои предки родом из Африки. Большинство из вас знает меня только в лицо и, наверное, никогда не слышали мой голос, да и не видели, как я вообще открываю рот. Я совсем не уверена в том, что могу хорошо говорить, но тем не менее сделаю такую попытку.
В зале послышался доброжелательный смех, и я увидела, как Электра немного расслабилась.
– Я хочу рассказать вам о том, какое трудное путешествие я недавно совершила. Сегодня здесь много говорилось о наркотиках, о том, какое катастрофическое воздействие оказывают наркотики на тех, кто живет в Африке, да и не только в Африке… Ведь наркотики повсюду, везде… И мне… мне тоже пришлось пройти через наркозависимость. И только потому, что рядом со мной оказались люди, которые любят меня по-настоящему, а также потому, что мне позволили финансы, что очень немаловажно в этом случае, я получила всю необходимую помощь, и вот сейчас я стою перед вами.
Публика откликнулась на это признание мощным одобрительным гулом, а я невольно схватила Ма за руку и увидела слезы на ее глазах.
– Так вот, я хочу, чтобы все молодые люди по всему миру, которые сталкиваются с проблемой наркозависимости, получили такую же полноценную помощь, какая была оказана мне. Мы –
Последние слова Электры зрители встретили громом аплодисментов. А я почувствовала, как мое сердце переполняет чувство гордости за младшую сестру, за проявленное ею мужество, за все то, что она сделала сегодня.
