– Господи Всемилостивый, я – это я! – прошептала я с выражением. В самом деле, кое-что важное я про себя уже точно знаю. Так, к примеру, я принадлежу сразу к нескольким культурам, и это факт. Вполне возможно, я бисексуальна. В любом случае
– Поговорила? – В гостиной снова возник Френсис.
– Да, поговорила. Она сейчас закажет себе билет на самолет, а когда прилетит в Алису, сообщит тебе.
– Отлично. Между прочим, я уже успел проголодаться. А ты?
– Если честно, то умираю от голода.
– Тогда иду на кухню. Сварганю нам что-нибудь из яиц.
– Ладно. А я пойду укладывать вещи.
– Ступай. – Дед задержался в дверях. – А твоя Крисси… Она хоть умеет готовить?
Я вспомнила те пирожные, которыми меня угощала когда-то Крисси, и кивнула.
– О да! Она отлично готовит.
– Рад слышать. И вообще рад тому, что ты нашла близкого себе человека, Келено, – обронил Френсис и зашагал по коридору в направлении кухни.
– Береги там себя, ладно? – сказал дед, обнимая меня уже в зале ожидания аэропорта. А я подумала, как это здорово, что я оставляю здесь, в Австралии сразу двух близких мне людей, которые будут с нетерпением ждать моего возвращения.
– Буду беречь, – пообещала я.
– Вот! Я тут собрал для тебя кое-какие документы. – Френсис вручил мне пухлый конверт из плотной упаковочной бумаги. – Там и метрика твоя имеется, я раздобыл ее в архиве города Брум, когда приезжал туда на встречу с бывшей медсестрой. Если ты действительно планируешь перебраться в Австралию навсегда, то есть серьезно думаешь об этом…
– Конечно серьезно! Более чем!
– Хорошо! Тогда я предлагаю тебе незамедлительно обратиться к австралийским властям, чтобы получить паспорт гражданки Австралии. В конверт я положил бланк заявления, а также свидетельство о смерти твоей матери.
– Спасибо. – Я аккуратно положила конверт в свой рюкзак сверху, чтобы, не дай бог, не помять бумаги. – Поприветствуй Крисси от моего имени, ладно? Надеюсь, она тебе понравится.
– Уверен в этом.
– И спасибо тебе за все, – торопливо добавила я, услышав объявление о начале посадки. – Ненавижу эти самолеты!
– Быть может, поездка назад, ко мне, покажется тебе не столь мучительной, – подбодрил меня Френсис. – До свидания, Келено.
– До свидания, Френсис. – Прощальный взмах рукой, и я направилась в сторону охранников. Впереди долгая дорога в Лондон.
Когда я вышла из здания аэропорта Хитроу, меня встретил обжигающе леденящий холод. В Лондоне все заледенело. Народ вокруг кутался в теплые шарфы, поднимал воротники пальто, чтобы спрятать уши и максимально прикрыть лицо. Морозный воздух сразу же забился мне в нос, на глазах выступили слезы. Я натянула капюшон своей куртки и помчалась ловить такси в надежде, что у меня хватит английских денег на то, чтобы доехать до Баттерси.
Когда такси наконец остановилось возле моего дома, я сунула шоферу измятую купюру, присовокупив к ней еще и несколько мелких монет, и тут же выскочила из машины. Рождественская иллюминация, освещавшая город, когда я покидала его пару месяцев назад, уже была свернута. Город встретил меня унылым вечерним мраком. Такое впечатление, будто пленка цветного кинофильма вдруг резко оборвалась и по экрану побежали кадры старого черно-белого кино.
Лифт доставил меня на третий этаж, прямо к дверям моей квартиры. Я открыла дверь ключом и вошла в холл. Повсюду горел свет. Надо же, вот растяпа, мысленно обругала я себя. Забыла выключить свет перед тем, как покинуть квартиру. Раздосадованная, я громко хлопнула дверью и тут же учуяла, что в квартире тепло. Гораздо теплее того минимального режима, на который я установила термостат, уезжая. К тому же очень вкусно пахло. Если уж совсем точно, то пахло аппетитной сдобой, теми вкусняшками… Одним словом, в квартире пахло Стар!
Когда у меня была пересадка в Сиднее, я послала ей эсэмэску. Сообщила, что возвращаюсь домой, прилетаю сегодня во второй половине дня, и попросила сестру приехать ко мне на следующей неделе. Надо встретиться и обо всем поговорить. Должна же я поставить ее в известность, что собираюсь продавать эту квартиру. В конце концов, хоть я и являюсь ее номинальной владелицей, но ведь для Стар это тоже ее дом.
Я скорчила гримасу, увидев, что чучело Гая Фокса до сих пор торчит в моей студии. Взгромоздился на железную бочку, словно на трон. Я направилась на кухню и, к своему ужасу, увидела, что работает плита. Я уже собралась выключить ее, но в эту минуту услышала, что хлопнула входная дверь.
– Си! Ты уже дома? Вот незадача! А я думала, ты появишься чуть позже: пока пройдешь досмотр в аэропорту, потом еще добираться сюда… Вечные проблемы с лондонским транспортом…
Я повернулась к Стар и увидела, что она прижимает к груди огромный букет лилий с крупными куполообразными соцветиями. Цветы она протянула мне.
– Вот выскочила из дома на пару минут специально, чтобы купить цветы и встретить тебя как положено, – проговорила она, задыхаясь от спешки. – Думала, успею поставить букет в вазу. Но как уж вышло, так вышло… Ах, Си, как же я рада видеть тебя!
