Без особого труда Сэм обнаружил нужную тетрадь. Открыл на первой странице. Стикеры. Вот не лень же человеку обклеивать каждую страницу? На обложке ровной колонкой тянулись цели на сезон. Сэм мог охарактеризовать их как странно-амбициозные: прочитать двадцать книг, попасть на стажировку… Вроде мощно, а вроде так скучно!
Ниже шел таймлайн. Дата и месяц и короткое пояснение. Выяснилось, что в прошлом октябре канал Арии набрал сто тысяч подписчиков. Интересно, что за канал? Канал, на который она выкладывает свои странные музыкальные плейлисты? Сейчас бы Сэму не помешал один такой: «POV: ты параноишь, что девушка, которая тебе нравится сумасшедшая» или «Когда ты влез через окно к девушке, потому что думаешь, что ее сестра призрак». Да… Лучше бы Сэм решил напиться! Проклятый Эйден и его неуместные фантазии.
Внезапно Сэм заметил зачеркнутую точку на таймлайней. Он пригляделся.
Зачериканное имя Ил. Он хмыкнул и полез читать ноябрь. Читать весь дневник он бы не стал. Все же у Сэма имеются некоторые представления о том, что такое личные границы. Да если бы не обстоятельства…
Он принялся читать и холодок пробежал по спине.
Подхватив белую юбку, Ария поднялась на чердак. Сэм говорил, что устроил там самый настоящий перформанс. Торжество художественной мысли. Пыльный пол, темнота и… будто бы тонкий подсвеченный коридор. Несмотря на все рассказы Сэма, кажется, на чердаке не было никого. Вот и славно. Ария вылезла из люка и попыталась отряхнуть юбку. Какая же дурацкая идея – наряжаться в светлое платье, когда идешь праздновать в заброшку.
С другой стороны, она отыскала наряд в местном гардеробе и видела в этом нечто волнующую. Да и вообще, платье вышло подозрительно похожим на то, которое было у Эммы в мюзикле про Джекилла и Хайда. Сэму наверняка понравится… Или нет?
Ария поплелась к свету. Сэм – парень талантливый. Наверняка и эта его затея вышла на ура. Девушка непроизвольно улыбнулась и тут же себя отчитала за подобную слабохарактерность. Ему нравится Ил, а может и не нравится, но нужны ли Арии подобные проблемы с сестрой? Как же все это тяжело…
Ария заглянула между двумя панелями – коридор зеркал. Какое жуткое место… Нет, Ария не настолько дурная!
Нужно было вернуться вниз, но тут она услышала смех. Смеялась Ил. У Илона ведь смех такой, который ни с чем не спутаешь. Она смеялась где-то в глубине зеркального лабиринта. И сейчас бы Арии сбежать из этого жуткого места. Сбежать, чтобы не сталкиваться с сестрой, которая в своей неадекватности превзошла саму себя, порезав Арии руку.
– Ария…
Голос Ил прозвучал будто жуткое эхо из кошмара. Арии стоило пойти прочь, но, отчего-то она не смогла. Голос сестры манил и увлекал вглубь зеркального лабиринта. Как голос Эрика звал Кристин вглубь лабиринта подземелья оперного театра.
Сэм умел делать вещи хорошо, особенно, когда ему хотелось кого-нибудь впечатлить. Кого-нибудь важного, например, Арию. Поэтому его лабиринт не выглядел детской инсталляцией. Наверное поэтому в немного одурманенном алкоголем мозгу Арии происходящее слишком быстро превратилось в ночной кошмар.
Она всюду сталкивалась с Ил, чье лицо было искажал безумный смех. Куда бы она не свернула сталкивалась с сестрой. И всюду было лишь ее отражение. Зеркальные лабиринты лишь на первый взгляд кажутся простыми. На деле, всякий в них из человека, превращается в сеницу, бьющуюся в окно. Кажется, что выход совсем рядом, но нет конца этому кошмару. Как муха, стремящаяся освободиться от оков паутины, Ария силилась покинуть лабиринт, путаясь в поворотах все сильнее.
Сэм ворвался на вечеринку с видом городского сумасшедшего. Он спрашивал каждого, не видел ли кто сестер Флэйтен. В конце концов Эйден, набиравшийся смелости порвать с Дав, которая испортила его неначавшуюся карьеру, махнул в сторону чердака. Он присматривал за Арией, имея четкое намерение расправившись с бывшей девушкой отправиться покорять сердечко Арии. Она ведь им по прежнему очарована, ведь так?
А Дав тем временем собрала всех в гостинной, где устраивала традиционный конкурс костюмов. Разумеется, победа в этом соревнование достанется ей, но всегда есть второе и третье место. В любом случае, на втором этаже практически никого не было. Все пошли бы блуждать по лабиринту позже, когда градус в крови станет выше. Когда Сэм планировал эту грандиозную инсталляцию, он как-то не подумал о том, что пьяная молодежь может поубиваться и порезаться, блуждая в потемках.
– Ария! – позвал он.
Она не ответила, хотя Сэм слышал, как кто-то ходит за каркасами. В ночном полумраке его творение показалось поистине жутким. И какой-то тихий, похожий на плачь, смех.
– Ария! – снова позвал ее Сэм.
Девушка вскрикнула, но кажется, его она не слышала. В каком же кошмаре живет Ария последний год?
Сэм устремился в лабиринт, добровольно погружаясь в собственную ловушку.