Карлотта появилась к концу дня. Она приехала верхом, и я услышала ее голос, долетевший со двора.
Я выглянула в окно. Как она была элегантна! Ее одежда была выдержана в бледно-серых тонах, а на шляпе красовалось развевающееся по ветру перо.
- Так они уже здесь? - и Карлотта рассмеялась, как будто в том, что я приехала сюда, было что-то забавное.
Она поднялась наверх и остановилась на пороге моей комнаты.
- Анжелет! - воскликнула она и бросилась ко мне, заключив меня в объятия. То, что она сделала потом, вряд ли можно назвать поцелуем. Скорее, она стукнулась своей щекой о мою, сначала с одной стороны, а потом - с другой.
- Как жаль, что твоя сестра не смогла приехать. Рот Карлотты слегка скривился, и я почувствовала, что она на самом деле предпочла бы увидеть вместо меня Берсабу. Я вспомнила о том, как она отбила у Берсабы Бастиана и как та расстроилась, хотя и делала вид, что ей все равно, и решила, что поэтому Карлотта и проявляет особый интерес к моей сестре.
- Не было ли вестей из Тристан Прайори? - поинтересовалась я.
Она покачала головой:
- Вряд ли можно было их ожидать. Ведь вы только что приехали.
- Я подумала, что известия могли и обогнать нас.
Карлотта вновь покачала головой.
- Как Берсаба чувствовала себя в момент вашего отъезда?
- Очень плохо.
- Некоторые выздоравливают, - утешила Карлотта, - не стоит предаваться мрачному настроению. А где твои наряды?
- Мэб все развесила в шкафу.
Карлотта просмотрела одежду и тяжело вздохнула.
- Тебе не нравится?
- Они немножко старомодны. Здесь тебе понадобится кое-что поновей.
- Но у меня нет других платьев.
- Это поправимо. Я заранее предполагала, что так и будет, и приняла меры. Анна уже раскроила новое платье. Нужно только сделать примерку, и к завтрашнему дню оно будет готово. Мы съездим с тобой в Лондон и купим тебе кое-какие безделушки - веер, мушки, губную помаду, пудру...
- Мушки и пудру?!
- Нужно же как-то прикрыть твой деревенский румянец. Ты выглядишь довольно неотесанной.
- Но.., но я ведь такая и есть, верно?
- Вот именно. Поэтому нам и придется хорошенько поработать над тобой.
Карлотта села в кресло и, взглянув на меня, рассмеялась.
- Ты, кажется, озадачена. Да ведь ты приехала в Лондон, в весьма изысканное общество. Уверяю тебя, оно несколько отличается от корнуоллского.
- Я все понимаю. Возможно...
- Что, возможно?
- Поскольку я для него не гожусь, мне, наверное, лучше вернуться домой?
- Мы сделаем так, что все будет в порядке. Это только вопрос времени. Да и вернуться ты не можешь. Твоя сестра больна. Именно поэтому ты и оказалась здесь. Я сомневаюсь в том, что при каких-то других обстоятельствах твоя мать решилась бы отпустить тебя.
Карлотта вновь рассмеялась, а я холодно заметила:
- Похоже, я развлекаю тебя.
- Ну конечно! А скоро ты и сама над собой посмеешься. Через месяц я напомню тебе о том, как ты выглядела в первый день, и ты будешь хохотать как сумасшедшая.
- Мне очень жаль, что я доставляю такие хлопоты.
- Не стоит благодарности, все уладится. Здесь быстро взрослеешь, в этом вся суть. Ты слишком неопытна для твоего возраста.
- Мне еще нет и восемнадцати.
- Но восемнадцать лет в вашем имении и восемнадцать лет в светском обществе - это две разные вещи. Ты сама увидишь.
- А где твоя мать?
- Сейчас она уехала с визитом. Она очень обрадуется, увидев тебя. Она всегда мечтала сделать что-нибудь для дочерей Тамсин, ведь ей жаль девушек, обреченных жить в такой глуши.
- А твой муж?
- Джервис сейчас при дворе. У нас есть резиденция рядом с Уайтхоллом, и мне часто приходится бывать там. Да и отсюда недалеко до Уайтхолла, так что мы живем не совсем сельской жизнью.
- А ты счастлива в браке?
- В жизни и так много интересного, - ответила Карлотта.
- Разве это то же самое, что быть счастливой?
- Уверяю тебя, моя милая деревенская мышка, в этом-то и состоит все удовольствие.
Мне стало не по себе. Я не любила, когда меня ставили в тупик. С этой ситуацией Берсаба справилась бы лучше меня. Ах, как мне ее недоставало! Я все больше и больше сознавала, что в минуты растерянности привыкла обращаться за помощью к ней.
Карлотта чувствовала мое стеснение и, кажется, наслаждалась им.
- Скоро ты здесь приживешься, - сказала она, - и будешь рада тому, что тебе удалось сбежать от скучной жизни. А теперь давай займемся делами.
Она показала мне дом, представила меня слугам, более подробно исследовала мой гардероб и раскритиковала большую его часть.
Потом Карлотта сказала, что я наверное утомлена после длительного путешествия и должна пораньше отправиться в постель, а с завтрашнего утра начать новую жизнь.
Мы вместе поужинали в небольшой комнате (так мы поступали и дома, если находились в узком кругу семьи), и в течение всего ужина она без умолку рассказывала о своей жизни, такой захватывающей и так сильно отличающейся от моей, давая понять, что становится моей благодетельницей.
Как только кончилась трапеза, Карлотта заявила, что мне надо идти в свою комнату и лечь спать, поскольку, по ее мнению, я устала. Я с радостью покинула ее общество.
