– Именно. Артемий Павлов. Управляет Московской коллегией адвокатов, – прибавил Арни.
– Что… кхе-кха!
Рой кашлянул, словно желая прочистить горло.
– Что этот расфуфыренный адвокатишка делал на крыше? Там, где должен был произойти «выпил»? – изумленно спросил он. – Я-то думал, это батя той самой девки… Или еще какой-то родак.
– Этот «расфуфыренный адвокатишка» скрутил тебя как обоссанного щенка, – напомнил Арни. – А у его дружка наверняка под курткой был «ствол». Судя по всему, он из бывших силовиков, я таких сразу вычисляю по физиономиям. Теперь понял? В дело ввязался Павлов. И если бы тебя сейчас увезли, один Бог знает, чем бы все закончилось!
Арни приставил сложенные вместе указательный и средний пальцы, изображая дуло пистолета и направил его в голову оторопевшего Роя:
– Между прочим. Может, одна из куколок была ребенком кореша этого самого Павлова, вот он и впрягся. Так что не факт, что тебя собирались волочить в ментовку, Рой. Отвезли бы за МКАД, два заряда в башку, и адью. Прикопали бы тебя как вшивого пса. Понял?
Рой пробурчал что-то невразумительное.
– Что там было вообще? – спросил Арни, и его напарник в нескольких фразах поведал о происшедшем на крыше.
– Да, лажанулись мы, – протянул Арни. – А ты еще хотел все один сделать! Понял теперь, кто твой ангел-хранитель?
– Заткнись, – беззлобно и устало огрызнулся Рой, но голос его звучал уже не столь решительно.
– Я заткнусь. Но и ты тоже помолчи, – недобро улыбнулся Арни. – Потому что нам нужно подобрать убедительные слова для Пастора. «Выпиливание» провалено. Куколка жива и невредима. Твою репу видели как минимум двое. Твоя тачка засвечена. Да и меня при желании опознать смогут.
– Тебе не нужно было стрелять, – вяло отозвался Рой.
– Тогда дружбан Павлова всадил бы пулю в меня, – парировал Арни. – Все, поезд ушел. Толку сейчас пытаться обсасывать то, что уже давно проглочено?
С этими словами Арни устало откинулся на мягкое сиденье.
– Послушай, Арни, – подал голос Рой. – Можно загнать мою тачку в реку или сжечь ее на фиг. А потом, мол, сказать, что ее угнали.
– Можно. Только ты забыл, что Павлов тебя видел. Ты что, сам у себя угнал машину?
Рой умолк, хмуро глядя на дорогу.
Арни прикрыл веки.
«Ну что же ты, Была…? – подумал он, скрипнув зубами. Внутри все клокотало от испепеляющей ненависти к обманувшей его девушке. – Значит, за нос меня водила? Решила поиграть со мной в кошки-мышки? Лады. Поиграем, мышечка».
Он злобно рассмеялся своим мыслям, и Рой с недоумением покосился на напарника:
– Ты чего?
– Все нормально. Просто веди тачку, и все.
«Четыре дня», «Четыре дня», «Че-ты-ре дня!» – эти два слова безостановочно вертелись в голове Вики с самого утра.
Ее разбудил отец и чуть ли не пинками выгнал в школу. Напрасно она ссылалась на плохое самочувствие – отец ничего и слышать не желал. Глядя в его налившиеся кровью глаза, Вика решила избрать другую тактику. Послушно собрав рюкзак, она оделась и вышла из дома. Пройдя несколько метров, она встала у детской площадки, откуда был виден ее подъезд. Через несколько минут отец тоже выйдет (его рабочий день начинался чуть позже, чем ее уроки), и тогда она спокойно вернется обратно домой.
«Четыре дня».
Девушка поежилась. Ей казалось, что внутри поселился кто-то чужой, и это он постоянно нашептывает, сколько ей осталось жить.
– И никакого счетчика не нужно, – пробормотала Вика, поглядывая на подъезд.
«Уже, кстати, не четыре дня, – подумала она в смятении. – Сегодня четверг, а все должно случиться в воскресенье, в семь утра…»
Наконец дверь подъезда распахнулась, и Вика затаила дыхание. Отец вышел наружу и торопливо зашагал к стоянке, где всегда оставлял машину.
Не дай бог, отец заметит ее, она даже не хотела думать, что за этим последует. Из-за ее прогулов домой уже звонила учительница, у которой с отцом был неприятный разговор. Главное – переждать еще пару дней. Потому что…
– Потому что в воскресенье все кончится. И меня уже не будет, – вслух произнесла Вика. Никаких эмоций эта мысль уже не вызывала, единственное чувство, которое она ощущала, – смертельная усталость. Усталость от всего подряд, начиная от луж под ногами до самого ее никчемного существования.
«Скорее бы все уже закончилось», – подумала она и, тяжело вздыхая, зашаркала к подъезду.
Войдя в квартиру, Вика первым делом села за ноутбук. Пока загружались программы, она вспомнила об успокоительных таблетках, которые купила по настоянию Дельфина. Подумав, девушка решила их спрятать в рюкзаке. Вдруг на них случайно наткнется отец?! И хотя в последнее время он почти не обращал на нее внимания, лишние вопросы и подозрения ей ни к чему.
Завернув упаковку в целлофановый пакет, Вика убрала его на самое дно рюкзака, затем снова уселась перед ноутбуком. Набрав пароль, вошла в «Реквием». От Дельфина было одно непрочитанное письмо, и Вика кликнула по нему мышью.
«Луна, привет. Забыл об одной вещи. Напиши мне свой номер мобильника. У нас должна быть связь, согласна?»
Она, не раздумывая, выполнила просьбу своего друга.
