И вполне понятно, почему она не поделилась своими бедами со мной. С какой стати? В нашу последнюю встречу я еще была девчонкой, которую нужно опекать, а не посвящать в свои неприятности. И потом, к позору постепенно привыкаешь. Не уверена, что я бы решилась написать Розе о своей Маленькой Неурядице, даже если б у меня был адрес. Встреться мы лицом к лицу, я бы, наверное, поплакала у нее на плече, но доверять такое бумаге – все равно что черным по белому расписаться в своем бесчестье.
Если Роза жива, она, может быть, и сейчас в Лиможе. Со своим ребенком.
– Ох, Роза, – прошептала я. – Как же мы так напортачили?
Да нет, напортачила я одна. Роза нашла свою любовь в облике продавца книжного магазина, участника Сопротивления. Наверное, такой парень мог ей понравиться. Интересно, этот Этьен блондин или шатен? Какой цвет волос достался ребенку? Что стало с Этьеном после ареста, жив ли он? Видимо, нет. Столько народу сгинуло, мы только начинаем понимать ужасающий размах потерь. Скорее всего, парень погиб, и Роза, если жива, осталась одна. Брошена, как в том прованском кафе.
– И тогда я, возможно, пойму, что делать с тобой, – сказала я своему животу.
Я не хотела этого ребенка, я не знала, как мне быть. Но в последние дни тошнота внесла полную ясность: больше не выйдет просто
За окном уже спустилась тихая и теплая французская ночь. Я забралась в постель, глаза мои слипались. Не скажу, успела ли я провалиться в сон до того, как дикий вопль распорол ночную тишину.
