- Ни посохов, ни шестов у меня нет, - ответил старик, задумчиво изучая потолок, - но есть кое, что не хуже. Одну минуту. - Торопясь и часто стуча клюкой по полу, горбун исчез в недрах дома и ненадолго оставил нас в приемной одних.
- Какой еще шест?! - Повернулся я к малышу. - Ты собрался отбиваться от тварей бездны простой, даже не заточенной палкой?
- Шест не палка. При должном умении им...
- Можно почесать себе спину! - Перебив, закончил за него я. - Это не надежное и не практичное оружие против... Да, что там против! Это вообще не оружие!
- Вот, взгляните, мсье Регнор. - Мастер нес что-то бережно завернутое в холщевую ткань. - Это должно вам понравиться. Эльфийская работа, редкая, но не сложная в обращении. - Он протянул малышу легкий сверток и, развернув его, бережно, словно младенца, подросток достал на свет небольшую, удобно умещавшуюся в ладони, металлическую трубу, увитую узором плюща.
- Ну и что это? - Я не видел в этой штуковине ничего опасного. Она вообще не походила на какое либо оружие, и если бы я не знал старика так хорошо, то решил бы, что он вознамерился подшутить над нами, или пытается нас надуть.
- Элиа тьет. - Восхищенно выдохнул мастер.
- Девичья честь? - Удивленно вскинул брови Регнор.
- Именно, мсье. У эльфов, из высоких миров, это оружие женщин. Простое в обращении, легкое и компактное, я бы даже сказал грациозное и коварное, прекрасное в простоте своего воплощения. Его носят и используют для защиты исключительно жрицы, представительницы прекрасного пола, но эта замечательная поделка подойдет любому, вне зависимости от пола и расы, она может оказаться опасней и полезней любого меча. Поверните колечко, вверху, аккуратнее, большим пальцем, вот так.
Регнор медленно повернул прокручивающеюся часть трубы, и из нее мгновенно, в обе стороны, вылетело два острых и ослепительно отполированных, металлических штыря, сделавших оружие в два раза длиннее. Толщиной в пару пальцев, они заканчивались острейшими иглами и недобро поблескивали зеленоватыми искрами.
- Почти невесомое, оно легко прячется под одеждой и не вызывает ни каких подозрений, даже при обыске, - продолжал расхваливать товар мастер, - Я лично обновлял наложенные чары, и даже всего лишь поцарапанный острием, не протянет ни единого дня.
- Оно отравлено чарами?- Поразился я.
- Не совсем, но очень похоже. Элиа тьет ранит не только тело, но и душу. Вместе с кровью, жертву покидают жизненные силы, медленно, но верно, капля за каплей, они продолжают убывать до конца, и даже если физическое увечье совсем не опасно для жизни, или рана уже успела закрыться, человек, или кто-то либо другой, все равно уже обречен.
- Возьми себе меч, я научу тебя с ним обращаться. Или, может быть лук? - Повернулся я к Регнору. Один только вид этой Чести, после всего рассказанного о ней мастером, заставлял меня нервничать.
- Нет. - Возразил он. - Это то, что нужно. Оно мне подходит.
- Рад, что смог услужить, мсье Дронг?
- Хорошо, - кивнул я, при виде этой опасной, как скорпионье жало игрушки. У Регнора от восхищения сияли глаза, и я понял, что отговорить его уже невозможно. - Сколько?
- Для вас я готов сделать скидку. Сумма заказа и так набежала приличной. Семь с половиной тысяч. Золотом.
- Сколько?! - Девичья честь стоила ровно на пятьсот золотых дороже обычной цены за доспех. - Вы с ума сошли, мастер. Это грабеж!
- Эта уникальная вещица. На острове вы второй такой не найдете.
- Зато посох обойдется не в один раз дешевле! Верни ему это. - Приказал я Регнору, и он, не в силах позвенеть своим золотом в карманах и вынужденный подчиниться моей воле, покорно, но с нескрываемым разочарованием, исполнил приказ.
- Ну, хорошо, - тут же смягчился старик. - Я готов уступить вам еще сотню.
- Уступите пять сотен, в противном случае, сделка не кажется мне возможной.
- Пять?! Вы решили меня разорить Мсье Дронг? Я не могу продавать товар дешевле его реальной стоимости! Я могу согласиться на две, но только для вас, и это мое последнее слово!
- Пять сотен, и не монетой больше, - настаивал я на своем.
- Ценители и коллекционеры оружия могут дать за нее куда больше! Нет, мсье, так не пойдет!
- Коллекционеров подобное не интересует. Они скупают лишь то, что побывало в бою, в руках настоящих прославленных воителей и героев. Самые огромные деньги отваливают за железки которыми был убит кто-то известный, даже если сами эти клинки давно уже проржавели и ни на что уже не пригодны. Такое редкое и экзотическое оружие может пригодиться лишь тем, кто умеет с ним обращаться, и намерен им пользоваться, а таких на нашем острове, скорее всего, не так уж и много. Ни один глодар не возьмет у вас эту палку. Она попросту не практична. Любая тварь успеет сожрать целую роту контрабандистов, прежде чем истечет зачарованной кровью, и по тому только пять.
- Вы меня просто убиваете! Триста-пятьдесят.
- Хорошо, - не стал больше спорить я, и вновь собранное оружие перекачивало обратно к засиявшему от радости малышу.
- Рад, что мы сумели договориться. - Принялся старик складывать листы своих записей. - Теперь у вас все?