- Ты! - Яростно взревел он и сжал мое плече с такой силой, что острые когти пронзили плече и вонзившись глубоко в плоть. - Что ты наделал?! Где мы?! - Все больше свирепел демон, но даже если бы у меня еще оставались силы что бы дать ему разумный ответ, я бы все равно не смог назвать это странное место, которое явно видел перед собою впервые.
Вокруг нас простиралось безжизненное пустое пространство, заросшее невысокими скалами словно грибами. Вдалеке виднелись очертания далекого города, но вместо голубого, или темного, усеянного звездами, ночного неба, над головой клубилась странная желтоватая мгла, затянувшая собой весь небосвод. Мы застыли на самом краю обрыва, за которым клубилась все та же желтоватая муть и казалось, что она окружила собой всю землю и медленно сдвигается со всех сторон вознамерившись поглотить последний, оставшийся вне ее пределов, отдаленный город и всех его жителей вместе взятых.
- Верни нас назад! Немедленно! Слышишь?! - Потребовал он, и в грозном рычащем голосе твари неожиданно промелькнули нотки самой настоящей паники, предательски вырвавшиеся наружу. Вожак принялся лихорадочно и назойливо трясти меня за плече, словно пытался разбудить спящего, и взглянув на него я не поверил собственным, слезящимся от набившейся в них пыли, глазам. Огромный и свирепый демон, элитной бойцовой породы, да еще и глава боевого звена, натасканный и обученный убивать всех и вся, был напуган моей простейшей переброской словно трусливая дворовая шавка. В его алых глазах светились неприкрытые и неподдельные страх и ужас, свирепая морда исказилась в растерянную от непонимания физиономию, и я с трудом смог удержаться от злорадного смеха, боясь что он немедленно отзовется новым приступом боли в помятых ребрах, и ограничившись лишь довольной кривой ухмылкой окровавленных губ.
- Я разорву тебя на куски! - Все больше свирепел от ужаса перепуганный демон, и словно в доказательство своих слов, он стремительно вскинул меня на ноги, и тут же заставил повалиться обратно от тяжелого удара когтистой лапы прямо под дых.
В этом диком припадке он действительно мог прикончить меня прямо на месте, впадающие в яростное неистовство порождения пламени забывали обо всем на свете, никакие преграды не могли остановить эти машины выращенные для убийства, и даже истекая кровью и лишившись конечностей, они не чувствуя боли и усталости, продолжали идти вперед на своих врагов, совершенно не заботясь о собственной безопасности, и не останавливались без приказа, пока не падали замертво. Разъяренный вожак мог даже не вспомнить, что по возможности должен был доставить меня обратно живым, и никогда не задумался бы над тем, что только я мог вернуть его обратно домой. Его огромная крылатая фигура нависла надо мною словно скала, из оскаленной пасти, прямо на меня, капала мерзкая, липкая и пенившаяся слюна. Казалось он хотел проглотить меня целиком, и ни на минуту не забывая, что израсходовал наверное все имеющиеся у меня силы, я все равно инстинктивно, как и любой другой маг, в минуту грозящей ему смертельной опасности, потянулся к собственному чародейскому дару, и внезапно обнаружил на его месте черную и леденящую душу, холодную пустоту.
В первый миг я даже не удивился, израсходовав столько мощи сложно было рассчитывать на полноценный внутренний отклик силы, приятным теплом разливающийся по жилам, но даже без сил я должен был ощутить внутри хоть что-то, некое шевеление в попытках пробудить остатки канувшей в небытие мощи, но этого не последовало словно, как и у большинства самых обычных смертных, у меня никогда не было сильного чародейского дара. Попробовав вновь, я снова не смог ощутить внутри ничего, кроме зияющей пустоты, и это пугало куда сильнее всех демонов Нижнего мира и их грозного Повелителя вместе взятых. Я старался снова и снова, но ничего по прежнему не получалось, я не мог добиться хоть какого ни будь утешительного результата, словно никакой магии никогда и вовсе не существовало в природе, и только тогда до меня наконец начали доходить причины внезапной усталости, обрушившейся на мои плечи сразу после телепортации.
На общем фоне моего удручающего состояния, после всех побоев, падений и добровольной пытки вытяжкой жизненных сил, эта слабость не показалась мне чем-то странным, и не вызвала ровным счетом никаких опасений, но перебросив вместо себя сразу двух живых существ сразу, я кажется, израсходовал куда больше сил чем имел. Надорвался, выполнив непосильное действие, и тем самым повредил свой собственный чародейский дар, выжег себя изнутри и остался без самого главного и жизнеопределяющего своего качества. Из меня, словно из тонкой книги, вырвали всего один лист, но оставшись без этой страницы все прочее теряло весь свой смысл, и я лишился самого важного, в своей жизни, того без чего даже не мог представить свое дальнейшее существование, и лучше уж было сгинуть в острых когтях, чем вот так остаться без магии навсегда.
