Примерно в это же время Дэррил в абсолютной панике позвонил Гаю из машины. Ранее в тот же день в ходе ссоры Дэррил узнал, что жена хранит в доме оружие. Она угрожала ему.
— Кажется, она не врёт, — голос Дэррила дрожал. — Она сказала мне, что у неё в комнате заряженный пистолет.
— Возвращайтесь в дом, Дэррил, и заберите пистолет.
— Её комната заперта на засовы.
— Поднажмите, снимите дверь с петель, — посоветовал Гай. — Вызовите слесаря. Существует много способов попасть в помещение. Просто возьмите пистолет, отнесите его в первый попавшийся полицейский участок и составьте полный полицейский отчёт.
— Тогда что мне делать, когда она вернётся домой?
— Не скрывайте от неё факты. Скажите ей, что возражаете, чтобы в доме было оружие. Скажите, что вы боитесь оружия, и скажите, что если у неё когда-нибудь снова будет оружие, вы будете рассматривать это как акт домашнего насилия и добьётесь её ареста.
Предложение Гая имело смысл, если только Дэррил не хотел съехать. Прежде чем отправиться домой и выломать дверь в её комнату, хирург зашёл в придорожный ресторан "Честерс" и выпил две двойные порции скотча, чтобы его не так трясло после того, как он обнаружил у неё под кроватью пистолет 22-ого калибра. Он немедленно доставил его в полицейский участок Лавленда и провёл несколько минут с людьми из управления шерифа округа Гамильтон.
Оказалось, что в пистолете сломан ударник, и он не захотел выдвигать обвинений против своей жены.
12 февраля 1996 г.
Гаю Хильду
5-я улица, 255 E
Цинциннати, Огайо
Уважаемый Гай,
Прокручивая в уме наш недавний разговор, я допустил ошибку, сказав, что на момент заполнения свидетельства о браке не знал, что у Данте есть дети. Она с самого начала рассказывала мне о дочери, о своём первом и последнем браке. Как я понял, она была замужем дважды: сначала за Джо Хоффером, а потом за Дэвидом Бриттеоном. Она рассказала мне, что у неё есть дочь Шон, и что Шон замужем, однако скрыла от меня, что у неё есть и внуки, потому что ей не нравится, чтобы её считали бабушкой. В конце концов я узнал и о внуках, но поначалу она умолчала об этом, а не о том, что у неё есть дети.
Другие несоответствия в её биографии я уже перечислил в ходе нашей первой встречи. На этой неделе я снова попытался донести до неё, что ради её же блага встретиться с вами и обговорить размер отступных. Она по-прежнему сопротивляется, по-видимому, по совету от двух своих подруг-адвокатов.
Я хотел бы приступить к подаче иска как можно скорее и очень хотел бы оформить судебный приказ, о котором говорил ранее, а также хотел бы увидеть уведомление о выселении и судебный приказ, чтобы она не приближалась ни к моему дому, ни ко мне.
Как мы уже обсуждали, я не знаю, есть ли у меня какие-либо основания поддерживать эти просьбы или нет.
Я, конечно, продолжаю чувствовать угрозу, хотя в данный момент она сменила тактику и ведёт себя подчёркнуто сдержанно, когда я дома или разговариваю с ней по телефону. Пожалуйста, дайте мне знать, что делать дальше.
Большое спасибо за внимание,
Дэррил Дж. Суториус, доктор медицины
ДИСПЕТЧЕР: Служба экстренной помощи 911.
АБОНЕНТ: Я работаю с Дэррилом Суториусом, он врач. Я звонил ему на пейджер. И… э-э-э… боюсь, с ним что-то случилось, потому что это на него не похоже — не отвечать на пейджер.
ДИСПЕТЧЕР: Вы звонили ему домой?
АБОНЕНТ: Нет, дома у него не всё гладко.
ДИСПЕТЧЕР: Где он живёт?
