– Я считаю, – тут же пришла на помощь Ася, – что Галина вышла замуж, взяла фамилию мужа и живет сейчас где-нибудь в свое удовольствие. Я думаю, ее внутренние демоны были порождением конфликта с матерью. Мать хотела сделать из нее продолжательницу семейных традиций, а девочка категорически не желала заниматься кружевоплетением. Сбежав из родного дома, Галина вроде бы обрела свободу, но сидящее глубоко внутри ее чувство ответственности не позволяло пользоваться ею в полную силу. Лишь подсунув матери Ингу, она смогла отделаться от этого чувства. Галина считала себя первым, неудачным, блином матери. Сейчас, став бабушкой, она уже не наступит на те же грабли и сможет сплести из Инги настоящего мастера, хранительницу секретов кружевоплетения. Может, мы должны каким-то образом дать знать Галине, что ее мать умерла, а Инга нуждается в ее поддержке и защите? Я бы на ее месте обязательно отозвалась.
– В принципе понятно, – Кристина добавила надпись:
3. Объявления в СМИ.
Она окинула взглядом написанное на доске, одобрительно кивнула.
– Сгодится. Иван, твои предложения!
– У меня тоже из разряда путей, – заявил Рыбак. – Я считаю, надо поплотнее пообщаться с Ингой. Может, ее память хранит детские воспоминания, которые помогут нам в поисках. Например, семейная фотография с матерью-журавлем – где она могла ее видеть? В Кулишках точно не было никаких бумаг: ни писем, ни фото. Соседка Гусевых, баба Маша, сказала, что Вера Андреевна фотографии сожгла. Якобы чтобы они не достались врагам. Что за враги? Кого боялась бабушка Инги? И боялась ли? Это – раз.
Два, – по словам журналиста Колесника, Юлия Овчинникова разыскивала Галину, давала объявления в газете. Зачем? Думаю, с Овчинниковой нужно пообщаться еще раз. Попытаться, во всяком случае.
Три – опять же эти объявления Овчинниковой в «Вечерних новостях». Ладно, в Кулишках газета могла пройти незамеченной. Но здесь, в городе? Бородин, Зуева, Кудряшов – неужели они не читали газет? Я бы пообщался с пианистом, а с Зуевой могла бы Ася поговорить – у нее отлично получится.
В-четвертых, я бы побеседовал с Лилией Дунаевой, матерью настоящей Инги. Может, она догадывается, кто украл свидетельство о рождении ее дочери. Пожалуй, я бы даже занялся Дунаевой в первую очередь.
А еще, это уже немного не по теме, но все-таки… Меня очень интересует, почему труп Бородина оказался в машине Негоды. Я чувствую, у Негоды, несмотря на его алиби, рыльце в пушку. У меня все.
– Хорошо, – кивнула Кристина и написала на доске:
4. Инга – детские воспоминания, семейная фотография.
5. Овчинникова – зачем искала Гусеву?
6. Зуева и Кудряшов. Что они знают о местонахождении Галины?
7. Лилия Дунаева – свидетельство о рождении.
8. Негода?
– Тимур? – Кристина посмотрела на Молчанова. – Твои предложения.
– Я уверен, что разговоры с Зуевой и Кудряшовым лучше пока оставить Щедрому, – сказал Тимур с непроницаемым выражением лица.
– Почему? – удивилась Кристина. Ей самой предложение Рыбака показалось достаточно разумным.
– Они вполне могут оказаться причастными к убийству Бородина.
– Ага, прямо старики-разбойники какие-то, – с сарказмом заявил Лебедев.
– То есть ты предлагаешь поручить Щедрому поговорить с ними о Гусевой? – не обращая внимания на комментарии Федора, спросила Кристина.
– Скорее, я предлагаю не разговаривать самим. В особенности – Анастасии.
Рыбак, которому принадлежала идея послать Асю к Зуевой, пробурчал что-то неодобрительное.
– Комментировать будем потом. Сначала – предложения, – Кристина постаралась пресечь на корню ростки недовольства и приписала рядом с шестым и восьмым пунктами фамилию Щедрый.
– И ко второму, пожалуйста, – попросил Тимур.
Тут уже вспылил Лебедев.
– Не вижу никакой проблемы, если мы одновременно с Гусевой будем расследовать Бородина!
Кристина посмотрела на Тимура, ожидая от него ответной реплики, но тот молчал. Пришлось принимать огонь на себя.
– Заниматься розысками Гусевой нам поручили официально, – заявила она, – а искать убийцу Бородина никто не уполномочивал. Попросят помочь – поможем, но самодеятельностью заниматься не будем.
Федор погрустнел.
– Почему-у-у?
– Потому что мы не будем распыляться. Каждый займется своим вопросом. Ты – инопланетянами, Раиса – объявлениями в СМИ, Ася – Ингой Гусевой, Иван – Дунаевой и Овчинниковой, Тимур – собирать и систематизировать информацию, а я – Щедрым и осуществлением общего руководства. Устраивает такой расклад?
«Нет!» – вопило лицо Лебедева.
– Кроме того, ты, Федор, будешь оказывать информационную поддержку по всем возникающим вопросам. В этом вопросе, как ты знаешь, тебе равных нет.
Лесть была откровенно грубой, но Лебедев повелся. Похлопал себя с довольным видом по груди и хитро улыбнулся.
– Не забываем делать аудиозаписи разговоров и, если нет возможности заехать в офис, отправлять их по электронной почте. Вопросы есть?
Вопросов не было.
Через пять минут офис снова опустел. Тимур с Раисой отправились в рейд, а Иван повез Асю в больницу.
