— Налли Ватар! — Мать, уперев руки в бока, одарила дочь гневным взглядом. — Позволь узнать, чем ты тут занимаешься?!
Налли, которой сегодня исполнялся шестнадцатый год, сидела в стареньком кресле качалке, на веранде их дома и неторопливо перелистывала страницы одной из тех книг, что подарил ей дедушка Корус. Девушка столь увлеклась историей, что даже не заметила приближения матери, а это было большой ошибкой.
— Э… — протянула она, медленно закрывая книгу.
Ларинта, так звали мать девушки, тяжело вздохнула и покачав головой сказала:
— Ты уже взрослая девочка, Налли, а все витаешь в облаках, как и твой беспокойный дед, земля ему пухом. Сколько я тебе говорила: оставь ты эти книжонки и займись настоящими делами?! Думаешь, отцу бы понравилось, узнай он, как ты себя ведёшь? Думаешь, он доволен тобой?
Налли весьма сильно сомневалась в том, что отцу было до неё хоть какое-то дело. Она посмотрела на бескрайнее море, расположившееся всего в нескольких сотнях шагов от их дома, то самое море, которое пятнадцать лет назад приняло её отца, и ответила матери.
— Извини, мама.
— Одним "извини" тут не отделаешься, — не унималась Ларинта, — у меня для тебя особенное наказание припасено на этот раз. Иди в дом!
— Да, мама, — кивнула девушка, отложив книгу в сторону. Она проводила взглядом мать, а затем на минуту задумалась.
Дедушка рассказывал ей о том, что раньше Ларинта была совсем другим человеком. Она была доброй, отзывчивой и все прочее. "Мешок добродетелей, вот кем была моя дочурка", — говаривал Корус. Да вот только добродетели эти куда-то испарились после того как её муж, Хоратл, погиб во время кораблекрушения, оставив Ларинту одну, с маленькой дочерью на руках.
Мать Налли стала совсем другим человеком. Ничто более не радовало её, ничто не вызывало улыбку на хмуром лице. А ещё, в сердце Ларинты очень крепко засела вера, в которой она нашла опору после смерти мужа.
— Господь не прощает бездельников, девочка моя, — бормотала она, скрываясь в дверном проёме, — нет, не прощает! Только трудолюбие, вера и…
Религиозная нотация утихла в тот миг, когда мать вернулась в дом. Налли, бросив грустный взгляд на лежащую у неё на коленях книгу, тяжело вздохнула, и встала с дедушкиного кресла. Девушка помнила, как Корус сидел в нём, а она, Налли, усаживалась на деревянном полу прямо у его коленей. Старый генерал трепал её по волосам, а потом рассказывал очередную историю, какие так любила Налли.
Она скучала по дедушке.
Десять лет назад хмурые легионеры принесли в этот самый домик весть о том, что Корус был убит. Десять лет. Неужели прошло столько времени?
— Налли Ватар! — вновь раздался гневный окрик матери. Верный признак того, что стоило поторопиться.
Отбросив ненужные мысли, девушка последний раз посмотрела на старое кресло, а затем побежала в дом, где её уже наверняка ждала очередная выволочка от матери. Интересно, что ей не понравиться на этот раз? Что она плохо помыла посуду, или может, что не так молилась этим утром? Да чего уж гадать, все равно уже ничего нельзя было изменить.
— Ничего не изменить… — прошептала девушка, пройдя в комнату, служившую им гостиной. Отчего-то, тут было темно, хотя на дворе стоял ясный день. Причина темноты нашлась довольно быстро — кто-то зашторил все окна, так что комната стала выглядеть немножко жутковато.
— Мам? — тихо позвала Налли, оглядываясь по сторонам, но матери нигде не было видно. — Мам? Ты где?
— Одну секунду! — донеслось со стороны кухни.
— Ма-а-а-ам? — Налли, никогда не славившаяся особым терпением, неторопливо пошла вперёд, ловко уворачиваясь от стульев и столов, которых, по её мнению, в гостиной было слишком уж много. Если раньше к ним заглядывали друзья дедушки, желающие помянуть старого генерала и проведать его дочь и внучку, то теперь вся эта мебель была совершенно ненужной. Но мать все никак не хотела избавляться от этого хлама. "Вот придёт Норут или Фалтер, куда мы их усадим?" И ведь не объяснить ей было, что и Норут, Фалтер, Гольдар, Сарнот и прочие уже давно забыли о том, что они существуют. У друзей дедушки были куда более важные дела, чем поездки к медленно беднеющему семейству в Нешорт. Мать никак не хотела в это верить, что её отца так быстро забыли, и её можно было понять, но отрицать реальность все-таки не следовало.
— Подожди-подожди! — вновь донёсся голос Ларинты с кухни.
Налли, конечно же, ждать не собиралась. Она осторожно заглянула в дверной проём и увидела…
— Мама… — выдохнула девушка, увидев, как женщина, старательно украшает небольшой тортик.
— Ну что за девчонка, — пробормотала Ларинта, не отрываясь от своего занятия, — совсем никого не слушает. — Она аккуратно воткнула в тортик маленькую свечку, а затем подожгла её. — Ты же не думала, что я вот так возьму и забуду про твой день рождения? — с этими словами она подняла поднос с угощением и подошла к дочери — Ну, пойдём же в комнату! Пошли-пошли!