Хэллоуин хотел бы сам поддержать Тиру, и все равно он был рад, что Кей успел сделать это. Когда девушка провалилась в портал, феникс огненной молнией бросился за ней и скрылся внутри иллюзии. Хэллоуин, позабыв обо всех остальных, да и о справедливом страхе за свою жизнь, тоже шагнул в пустоту.
Падение было опасным: до следующего уровня пришлось пролететь не меньше двух сотен метров. От переломанных костей наемника успела спасти лишь кровь вампира, вовремя наполнившая его вены. Она укрепила Хэллоуина, наделила его силой и ловкостью, которые, впрочем, пока были не нужны – Ористе по-прежнему не угрожал им.
Они оказались перед заброшенным городом. На мегаполис он не тянул, и все равно был большим, наполненным жилыми многоэтажками, стоявшими по обе стороны широких улиц. Асфальт, машины, дома, фонари – все указывало на то, что этот участок пространства провалился в Междумирье в восьмидесятых, не позже.
Возможно, люди бы тоже указывали на это, но людей здесь не было. Как и в случае с шоссе, их встречала пустота. Дома были давно покинуты, многие успели покоситься, а то и вовсе рухнуть. Улицы и стены были покрыты слоем грязи, которой от скуки время заносит все вокруг, а усовершенствованное зрение вампира позволяло Хэллоуину разглядеть, что комнаты заросли плесенью и какой-то гнилью, как и те деревенские дома.
Подняв голову, наемник обнаружил над ними серое, будто затянутое дождевыми облаками небо. Глядя на него, невозможно было догадаться, что там тоже есть мир… или, по крайней мере, некая пародия на мир.
Кей перевоплотился в человека, чтобы помочь Тире удержаться на ногах. Она благодарно опиралась на его руку и старалась не смотреть на Хэллоуина. Он не хотел прекращать их разговор, он чувствовал, что задел нужную струну. Он признался ей – Хэллоуин к такому не готовился, все получилось само собой. Теперь его давило чувство недосказанности, неправильного понимания, однако при Кее он не рисковал задавать Тире новые вопросы. Сам Хэллоуин готов был принять ее тайну, но он не брался сказать, способны ли на это остальные.
– Я извиняюсь, – буркнула Тира. – Эти порталы и правда ни увидеть, ни почувствовать нельзя.
– Не страшно, – заверил ее Кей. Позер пернатый! – Даже хорошо, что ты нашла переход. Хорана, Сьерра и Неот осмотрели большую часть того уровня, не похоже, что камень там, нужно продолжить поиски здесь.
Словно в подтверждение его слов, с небес на них свалились все трое. Хорана попросту спрыгнула с прирожденной грацией инквизиторов. Неот последовал ее примеру, хотя у него это получилось не так изящно. Сьерра, не пытаясь никого впечатлить, использовала летающий артефакт.
Едва коснувшись ногами земли, Хорана объявила:
– Он здесь.
– Как ты это определяешь? – поразилась Сьерра. – У камней стихии нет самостоятельной ауры, никто не может их найти!
– Она, как видишь, справляется, – хмыкнул Неот. – Инквизиторы чувствуют магическую энергию тоньше многих других существ, потому что мы ее поглощаем. А случай этой психопатки и вовсе особенный, ее врожденные способности усилены бог весть во сколько раз, и никто не знает, чего от нее ожидать.
Хорана привычно не обратила на него внимания. Она смотрела на Кея, не говоря ни слова, но Хэллоуин не сомневался, что они общаются телепатически. Словно в подтверждение его мыслей, феникс кивнул:
– Понял, сделаем!
Огненная птица снова взмыла к небесам. Несложно было догадаться, чего хотела от него Хорана: полуразрушенный город, лишенный зелени, был как на ладони. Конечно, если Призрачный Малахит где-то под руинами, Кей его не найдет, но если на виду, – а именно это показали Лабиринты памяти, – разведка сверху будет эффективнее всего.
И точно, едва отлетев от них, феникс крикнул, выпуская из клюва поток пламени, и закружил над одним участком.
– Он что, серьезно думал, что мы его потеряем из виду, и решил огнем подышать? – поморщился Неот.
– Я его понимаю, я тоже не самого высокого мнения о твоих умственных способностях, – отозвалась Хорана. – Идем, нам не придется больше разделяться.
Это и правда хорошо, правильно и безопасно. Вот только Хэллоуин предпочел бы, чтобы они так и бродили где-то по кукурузным полям, оставив его наедине с Тирой. Он то и дело бросал на нее тоскливые взгляды, но она замкнулась: шла, ссутулившись, и смотрела только себе под ноги.
Как ни странно, он понимал ее и в этом. Когда-то давно, когда он покинул родной кластер и едва знал себя, он был таким же диким волчонком, на всех косившимся с подозрением. Но он это миновал, а Тира – нет… Или он придумывает лишнего? В конце концов, она была человеком, у них другие порядки!
Они шли по миру, который, казалось, уже пережил атомную войну. Вблизи город выглядел даже хуже, чем издалека: угрюмый, серый, припорошенный то ли пеплом, то ли пылью, он давил на каждого, кто посмел пересечь его границу.
