Семья Брусяниных. Фото 27 октября 1903 г.Брусянин, Василий Васильевич — рус. писатель. Род. в купеческой семье. В 1903-05 — ред. «Русской газеты». Участвовал в Революции 1905-07, жил в эмиграции (1908-13). Печатался с сер. 90-х гг. Автор сб-ков очерковых рассказов: «Ни живые — ни мертвые» (1904), «Час смертный. Рассказы о голодных людях» (1912), «В рабочих кварталах» (1915), «В борьбе за труд» (1918); романов «Молодежь» (1911), «Темный лик» (1916) и др., историч. романа «Трагедия Михайловского замка» (т. 1–2, 1914-15).Соч.: Доктора и пациенты. Типы врачей в худож. лит-ре, П., 1914; Дети и писатели, М., 1915; В стране озер. Очерки из финляндской жизни, П., 1916.Лит.: История рус. лит-ры конца XIX — нач. XX века. Библиографич. указатель под ред. К. Д. Муратовой, М. — Л., 1963.И. И. Подольская.
Северные, ясные, безоблачные ночи… Ярко горят в вышине большие звёзды, а маленькие звёздочки светятся робко… И много их, этих звёзд: целое полчище! И почему они разбросаны и рассеяны по небу и причудливыми гирляндами висят над головами? Вот три звёздочки на одной прямой линии, а вот целая кучка чуть заметных звёздочек, бледных, робких… А вот и семь больших звёзд. Кто не знает «Большой Медведицы»? А вон там большая и одинокая звезда.
— Как её зовут? — спрашивает сама себя Ида и идёт по дороге к деревне.
Хрустел под ногами снег, сероватой лентой тянулась впереди дорога, а по сторонам тянулись занесённый снегом верхушки изгородей. Темнеют вдали избы деревни. Светятся в окнах огоньки. Ещё не поздно, а людей на улице нет. Только одна Ида идёт по дороге, смотрит на ясные звёзды и спрашивает сама себя:
— Как зовут эту большую и одинокую звезду?
Ида знает только одну «Большую Медведицу», а имена остальных мириад звёзд не знает и думает:
«Какая я необразованная… Вот и Карло разлюбил меня за это… Необразованная я, вот Карло и разлюбил»…
И опять смотрит на звёзды, и хочется ей узнать, как зовут вон ту большую звезду, которая горит так низко над холмами, в том месте неба, где встаёт зимою их холодное солнце.
И опять дума о Карло… Сегодня он опять был пьяный, говорил больше глупости, много смеялся и ничего не сказал о своей любви. Даже не посмотрел на Иду так, как всегда смотрит, — тепло и любовно. Никогда он не смотрел так. А с тех пор, как прошла по округе сплетня, что Карло увлёкся какой-то девушкой из деревни Рескиярви и забыл об Иде, — с тех пор она и стала замечать, что он иначе на неё смотрит. Не так говорит, как раньше, да и реже заезжать стал в их деревню.
Карло — мясник. Живёт в десяти километрах от их деревни, живёт своим домом, исправно. Вместе с ним живут и отец его, старик Микко, и брат Марк. Скупают они по деревням скот, режут его, а потом Карло разъезжает по деревням и дачам и продаёт мясо. Карло все любят. Он такой красивый и видный. Голубые глаза большие, светло-каштановые усики и сочные губы. Экономные хозяйки любят деревенского мясника: он правильно вешает и всегда отрубает такой кусок мяса, какой просят. Почти всем верит в долг и не надоедает частыми приставаниями со счетами.
Ида любит Карло за его голубые глаза, красивый цвет лица. И он всегда так крепко обнимает Иду и так плотно и крепко целует её в губы. Тёмные круги ходят в глазах от его поцелуев, голова кружится, по телу пробегает дрожь.
У крыльца дома Ида ещё раз взглянула на большую звезду и вошла в сени.
В хате светло и тепло. Замужняя сестра Маестина что-то шьёт на машинке, а муж её, мрачный и неразговорчивый Соломон, сидит над духовной книгой и читает о Боге. Мрачный человек всегда думает о Боге, а Ида думает о Карло, о милом и хорошем Карло. Оттого в глазах Соломона всегда какая-то важная дума как тайна, потому что и Бог — тайна. А в глазах Иды земная радость, и все видят, что у неё в глазах радость и тоска, блаженство и ожидание чего-то неизвестного, страшного…
Часто Маестина говорит ей:
— Счастливая ты, Ида… любишь и тебя любят… любит Карло…
Ида знает, что сестра её не любит мужа, и она замуж вышла не любя, а так, надо было выйти за Соломона, чтобы поддержать хозяйство после покойной матери. И Ида не может понять, как это можно было выйти замуж не любя.
Сегодня Маестина не говорит о том, что Карло любит Иду. И как только сестра вошла в комнату, Маестина подозвала к себе сестру и прошептала:
— Был Карло… опять пьяный… Тебя спрашивал…
— Видела я его, — отвечала Ида и прошла в соседнюю комнату и засветила лампочку.
— Хочешь есть? — спросила Маестина.
— Нет, — отвечала Ида.
И подробно рассказала о том, как она пришла к барыне-помещице, в большой двухэтажный дом, и как барыня усадила её в столовой за большой стол и начала угощать её чаем с вкусными домашними булочками. Потом она долго беседовала с барыней и всё советовалась с нею, как быть? Сплетня о Карло разнеслась по всей округе. Говорят даже, что у Карло скоро будет ребёночек от той девушки. А кто она, эта девушка? Давно Ида хочет поглядеть на неё, но никто не называет соперницы. Она так же, как и та большая звезда, без имени.
Не высказала Ида этих дум сестре, а притворила дверь к себе в комнату и начала раздеваться. Вошла Маестина.
— Ты что, спать? А кушать не хочешь?
— Нет, я спать хочу.
Убавила Маестина в лампочке огонь, как всегда это делала, а Ида подумала: «Скупая Маестина… ходит и убавляет огонь в лампах: меньше сгорит керосина… Может быть, это и правда: убавишь огонь в лампочке, и керосина выгорит меньше». И всегда за этой думой следует новая дума: «Меньше стало ко мне любви в сердце Карло, и вот я точно потухаю… Свет в глазах меркнет».
— Узнала я, Ида, — начала Маестина и плотно притворила дверь.
Дверь скрипнула и отошла от косяков, и видит Ида в щель — сидит над книгою Соломон и внимательно читает о Боге.
— Что узнала? — спросила Ида сестру.
Маестина набросила на верх двери грязный передник Иды и старательно притворила дверь.
