Ногти впивались в мягкую плоть, помогая мне оставаться на месте, ничем не выражая своих эмоций внешне, ожидая пока жених медленно движется по коридору. Я напоминала себе струну — вот-вот и разорвется тонкая нить, и я брошусь бежать без оглядки. Выстояла, а он дошел, порывисто прижал к себе, попробовала сопротивляться — напрасно, все мои протесты были проигнорированы, и мое тело сковали стальные объятия. Прислонившись своим лбом к моему, Алэр вполголоса изрек:
— Не нужно меня бояться…
Мгновение и вместо полутемного коридора, по холодным каменным стенам которого мечутся, танцуют дикий танец стремительные тени, я вижу морской берег. Волны о чем-то тихо шепчутся, набегая на окрашенный закатными лучами песок, вода вдали похожа на расплавленное золото. Я, засмотревшись на изысканную красоту этого места, молчала, а Алэр спросил:
— Ниа, ты видела южные моря, скажи мне, какие они, и угадал ли я, создавая этот образ?
— Ты маг? — потрясенно вымолвила я, судорожно выдыхая и вновь хватая ртом воздух.
Он чуть улыбнулся и мягко укорил:
— Ты мне не ответила.
— Да, угадал. Я точно знаю! Потому что мне нравилось гулять по морскому берегу вечерами, любуясь последними лучами, теплыми, ласкающими, так отличающимися от полуденных, знойных, обжигающих… — мне привиделся Ган и наши редкие прогулки по пляжу, укрытому кружевной пеной, под крики чаек. Я скучала по брату и тревожилась за него.
— Одна? — отвлек меня голос жениха. Вроде и вопрос задан, будто вскользь, вот только глаза Алэра устремлены на меня, они пронзают, стремятся проникнуть в душу.
И я призналась:
— С кузеном, моим единственным другом в Золотом замке.
— С кузеном, — то ли переспросил, то ли намекнул на что-то демон.
— С братом, — выразительно ответила я, опустила руку на его локоть и доверительно прошептала, потянувшись к уху: — Ты никому об этом не расскажешь? Это важно!
— Не скажу, — жених снова подарил мне полуулыбку, и пока он не продолжил свои расспросы, я позволила себе укорить его:
— Ты тоже не ответил на мой вопрос?
Алэр повернулся, вынуждая посмотреть в его глаза:
— Ниа, я, как и ты, родился на берегу Меб, только на моей стороне на свет появляются слабые маги, наша сила отличается от вашей.
— В вашей семье все маги, — я не спрашивала, это было утверждение.
— Да, — и в этом он не стал лгать. — С миром Гэрта, ты, вероятно, уже познакомилась. Алэрин потерял свой дар, Миенира сильна в искусстве вышивания, ты видела, на что она способна. Многие считают, что скатерть или салфетка, вышитая рукой моей сестры, обладает волшебными свойствами. Жин? Ну, думаю, узнав тебя лучше, она сама покажет свою магию.
Глядя на жениха, я поняла, что его гнев растаял без следа, и мне было интересно, что так сильно изменило настроение Алэра. Сейчас он казался расслабленным и умиротворенным.
— Ты решил стать со мной более любезным, терпеливым и обходительным? — нахмурила брови. — Извини, но я не верю в столь быстрый переход от ненависти к любви! — в конце не удержалась от горькой насмешки.
— Вот мы и перешли к сути вопроса, — показалось или Алэр и вправду сделался разочарованным?
Мы вновь очутились в коридоре. Спина эрт Лагора маячила далеко впереди, но лорд-демон не торопился, придерживая меня за локоть.
Сразу внесла ясность:
— Если боишься, что я выпрыгну из окна, то зря! Я не слабая неуверенная в себе девица!
— Ниа, — взгляд Алэра стал мрачным, — в этих стенах тебе ничего не угрожает! Но только в замке, за его пределами я не имею полной власти, могу не доглядеть, не успеть, ошибиться… — теперь он смотрел в сторону, явно страдая от воспоминаний.
Нетерпеливо топнула ногой, не желая повторять сказанное, и Алэр опять повернулся ко мне:
— Выходит, ты меня не боишься?
— Порой до дрожи в коленях, — искренне призналась ему, и уголок рта жениха изогнулся в печальной усмешке.
— Ниа, я дам тебе все, что смогу: сытную еду и кров студеной зимой, защиту от врагов, мягкую постель и много детей. Не этого ли желает любая женщина?
Едва истерично не рассмеялась прямо ему в лицо:
— Любая женщина, говоришь? Согласна, предел мечты жены бедняка или ремесленника — муж-лорд! Иначе, как же! Замок с крепкими стенами, полные закрома провизии, мягкие перины и шелка! Только, Алэр, я все это видела! В материальном плане я никогда не бедствовала — родители и тюремщики заботились о моем комфорте!
— Вижу, ты с легкостью приняла жизнь в Золотом замке! — осуждающе покачал головой.
— Не приняла. Смирилась с той жизнью, потому что так распорядились Хранители!
— И, смею надеяться, ты смирилась с нашей женитьбой? — опасный блеск из-под прищуренных век показал, что я ступила на зыбкую почву и нужно осмотрительнее подбирать слова для ответа.
— Смирилась, — решила ответить коротко и опустила взгляд.
— Тогда скажи, почему ты не упомянула о сыновьях! Только замок, закрома, перины, да шелка! Разве этого ты ждешь от мужчины?
Резко передернула плечами и с чувством произнесла:
— Если ты считаешь, что женщинам нравится рожать каждый год, ты глубоко заблуждаешься!
