Пожилая женщина, сидевшая спереди, извлекла из-под одежды фотографию и подняла, чтобы сопровождавший ее молодой человек мог ее видеть. Это была черноглазая девочка-подросток с длинными кудрявыми волосами; стоявшая рядом с ней маленькая девочка смотрела на нее с восхищением. Обе улыбались. Старуха поцеловала фотографию и заплакала.
— Все будет хорошо, Нана, — успокоил ее парень. — Ты будешь со мной, я буду заботиться о тебе, пока мы не сможем вернуться.
— Пообещай, — попросила старуха.
— Обещаю, Нана, мы вернемся.
Амайя закрыла глаза.
Шесть часов езды на автобусе до Хьюстона и еще почти два часа, чтобы высадиться у «Астродоума». Двадцать минут, чтобы вызвать такси, которое отвезет ее в агентство, где можно арендовать автомобиль. Еще три часа до Остина и час, чтобы найти адрес семьи Роберта Дэвиса, который дал ей Лэндис. Был уже почти полдень, когда Амайя подъехала к шикарному двухэтажному особняку на жилой улице. Обошла участок с садом, отделявший улицу от входной двери. На подъездной дорожке к гаражу она заметила масляное пятно. Было ясно, что хозяева обычно оставляли там машину, но теперь их не было. Соседка с детской коляской остановилась напротив, изучая ее внешний вид. Амайя вымыла свои светлые волосы в туалете на заправочной станции и забрала их в хвост. Футболка выглядела вполне прилично, в отличие от высохших заскорузлых брюк. Она предпочла бы «Мустанг», однако «Лексус», арендованный в Хьюстоне, говорил в ее пользу.
— Их нет.
— Я к миссис Дэвис. Пообещала Натали, что заеду к ней до того, как она родит… Я проехала целую кучу миль, чтобы ее увидеть, — хотела сделать сюрприз.
Отлично: она делилась информацией, которую мог узнать только кто-то из близких, а заодно объяснила свой потрепанный вид.
Соседка проглотила наживку. Взяв ребенка на руки, она оставила коляску у крыльца и, улыбнувшись, подошла к изгороди, разделявшей участки. Амайя была благодарна, что женщина не могла подойти ближе, — ее брюки по-прежнему плохо пахли.
— О, приятно сообщать хорошие новости. Миссис Дэвис в больнице, ее увезли позавчера, — сказала соседка.
Амайя удивленно улыбнулась и подумала, что, должно быть, это произошло вскоре после ее разговора с врачом.
— О боже! Но она должна была лечь на плановые роды сегодня днем.
Соседка кивнула, решив, что девушке можно доверять.
— Видите ли, у природы свои планы. Труднее всего, как правило, появляется первый малыш, со следующими все происходит быстрее. Мой Джереми тоже родился на неделю раньше, правда, дорогой? — сказала она, целуя ребенка.
— Понятно. А вы не знаете, с кем Томас и Мишель? Кажется, мистер Дэвис в командировке, — пробормотала Амайя. Она была уверена, что такая дотошная соседка наверняка знает, вернулся ли муж.
— Да, так и есть. Дети с Кэтрин, матерью Натали. Она приехала к ним пожить, чтобы помочь с новорожденным. Я видела их утром, когда они ехали в больницу. Все были в отличном настроении.
— Еще бы, ребенок в таком возрасте — это настоящий подарок, — сказала Амайя, направляясь назад к машине и не переставая улыбаться. — Вы не знаете, мальчик это или девочка? Не хочу ошибиться с воздушными шариками, — добавила она как ни в чем не бывало.
— Мальчик. Хотя им все равно; главное, чтобы все пошло хорошо, у них же уже есть пара детишек…
— Они в Сетон Фэмили, верно?
— Да.
Прежде чем запустить двигатель, Амайя выглянула в окно.
— Пожалуйста, если Роберт вернется раньше, не говорите ему про меня; пусть мое появление будет для них сюрпризом.
Соседка кивнула, очарованно улыбаясь.
Дорога в больницу заняла около часа. Амайя никак не думала, что роды начнутся раньше, и умоляла, чтобы Ленкс ничего не узнал. Она направилась к стойке регистрации.
— Я к миссис Натали Дэвис. Роды были запланированы на сегодня, но, кажется, все произошло раньше почти на сорок восемь часов.
Администратор набрала данные.
— Миссис Дэвис и ее ребенок уже выписаны.
— Но это невозможно: я приехала прямо из дома, и мне сказали, что ее мать и дети как раз отправились к ней…
— Минуточку, — попросила она, вызывая родильное отделение. — Повесив трубку, кивнула. — Вы правы: семья приехала, и час назад ее выписали.
Амайя бросилась к выходу.
Элисондо
Пятница, 2 сентября 2005 года
Энграси вышла из танатория. Не надо ей было приходить. Разумеется, ни Росария, ни кто-либо другой не мог запретить ей проститься с братом. Но после спектакля, устроенного Росарией в роли убитой горем вдовы, и прощания с отцом Флоры и Розауры она решила покинуть танаторий.
— Хозяйка ужасно страдает; не говори ей ничего, тетя, — попросила Розаура, увидев Энграси.
— Что ты имеешь в виду? Вы же знаете, я с вашей матерью мало общаюсь.
— Увы, тетушка, лучше ты все узнаешь от нас, прежде чем кто-нибудь тебе расскажет. — И Розаура заплакала.
— Хозяйка не включила твое имя в семейный некролог, — пояснила Флора. — Вот что имела в виду Роз.
Энграси заметила, что Росария повернулась на своем месте в первом ряду, чтобы увидеть, как она направляется к главной доске, где были выставлены некрологи.
