Как странно. Столько лет я вспоминала беловолосого юношу с содроганием, и до сих пор он снится мне в кошмарах. До севера доходит мало новостей, но я не раз слышала положительные отзывы о правлении императора, сумевшего собрать разваливающуюся на куски империю воедино. Дамиан продолжил работу, начатую его отцом, Эльдарионом. И хоть это единство было еще весьма шатким, но работа была проделана огромная. Это на севере мы жили, как у императора за пазухой. Здесь был свой уклад жизни, климат накладывал свой отпечаток. Род фон Нордлесс тоже не прохлаждался и работал на благо Северного края. Не будь здесь зверья, Северный край все равно не потерял бы своей ценности для империи. Ранее правителям приходилось обращаться за поддержкой рода фон Нордлесс. И мы ее обычно оказывали. Власть привлекает множество шакалов. И междоусобицы в империи далеко не новость. Если пару веков назад главы родов не гнушались открытым противостоянием, как между собой, так и императором, то сейчас все перешло на уровень интриг и заговоров. Даже не представляю, каково Дамиану разбираться со всем этим безобразием. Уверена, на императора, единственного наследника, неженатого и без детей, было совершено не одно покушение. Ведь это так просто. Несчастный случай, и вот уже империя без правителя. Остается лишь правильно все обставить, чтобы этим правителем оказался ты. За два неполных дня я прониклась к человеку, который пришел на помощь северу и пел сейчас со всеми вместе поминальную песню, уважением, но не излишним пиететом.
После поминального обеда мы быстро собрались в дорогу. Хотелось добраться до дома засветло. Леди Эстель и император дружно отказались от поездки на санях, не желая тем самым снижать скорость передвижения. Мне это добавляло беспокойства. Ехали мы большим отрядом, более ста пятидесяти человек, я, леди Эстель, капитан Таленс, император, его десяток, маги и остальные воины, сменившиеся после изматывающего сражения. День снова выдался морозным, но безветренным и ясным. Кони шли быстрой рысью по укатанной снежной дороге. Вокруг простирались белоснежные барханы, разбавленные колками заиндевевшего и сверкающего на солнце леса. На востоке вздымались суровые неприступные горы с острыми верхушками скал. Здесь тоже часто попадались верхушки скал, торчащие из-под земли, а сейчас почти полностью укрытые снегом. Они в отличие от своих высоких собратьев были больше сглажены ветрами, осадками и временем. Вокруг них жались кустарники. Лес то подходил ближе к дороге, то отступал, то был светлым, то превращался в мрачный свод. Пихты издалека казались молчаливыми, черными, строгими стражами. Но вблизи они были ярко-зелеными, пушистыми, разлапистыми и очень ароматными. Запах пихтовой смолы был моим любимым.
Северное солнце быстро клонилось к горизонту, но и ехать нам осталось недолго. Лошади как раз разогрелись и еще не успели устать, поэтому несли своих всадников легко и быстро. Я всю дорогу ехала, молча, грея за пазухой котенка. Тряска никоим образом не мешала ему дрыхнуть без задних ног. Леди Эстель и чем-то недовольный Грач ехали рядом с Его Величеством и двумя из его магов, о чем-то беседуя. Я придержала лошадь, желая услышать разговор.
— Ваше Величество, наше имение совсем небольшое, — начала в некоторой задумчивости леди Эстель. — У нас всего трое гостевых покоев. Мы не сможем разместить всех Ваших людей. Но в поселке есть приличный постоялый двор, Ваши люди смогли бы разместиться там с удобством. Мне жаль, что мы не можем выказать Вам и Вашим людям должного уважения.
— Леди Эстель, не стоит так беспокоиться по этому поводу. Со мной поедут лорд Гвейн и лорд Оллир.
Оба лорда кивнули. Они были магами и оружием владели прекрасно. Мужчины были молоды и очень хороши собой, но не выглядели легкомысленными позерами. Лорд Гвейн имел русые волосы, легкий золотистый загар и орехового цвета глаза, прямой нос, чуть пухлые губы и подкрученные густые ресницы, которым позавидовала бы любая дама. Лорд Оллир, судя по внешности, был уроженцем юга. Оливковая кожа, черные глаза, брови и ресницы, черные густые волосы, сплетенные в косу, следы от щетины, нос с тонкой спинкой и небольшой горбинкой, небольшая ямочка на подбородке. Оба мужчины запоминались, бросались в глаза, мимо точно не пройдешь. Взгляд у обоих был изучающим, но не излучал недружелюбия или неприязни. Значит, ко всем внешним достоинствам, можно отнести еще и ум.
Наше имение стояло первым на пути из крепости. Это было правильно. Люди не должны пострадать первыми, если крепость не выстоит. Дом располагался немного в стороне от дороги. Остальной отряд поехал в поселок, им предстояло ехать еще часа полтора, а шестеро всадников свернули к деревянному дому, окруженному кованым забором и деревьями.
Пожилой конюх Прохор любил лошадей, встретил их тихим говором, протопленной конюшней, свежим кормом и чистой водой. Ему же на поруки я отдала котенка.
