Пантелеймон подобрался поближе к Лире и заглянул в белое безжизненное лицо. Она сняла рукавицу и дотронулась до его глаз. Они были холодны, как мрамор. Фардер Корам был прав: бедный малыш Тони Макариос ничем не отличался от любого человека, расставшегося с деймоном в миг смерти. Ох, если бы у нее отняли Пантелеймона! Она подхватила его и прижала к себе так, словно хотела вжать прямо в сердце. А у маленького Тони была только жалкая рыбина…
Где рыба?
Она стащила одеяло. Рыбы не было.
Она тут же вскочила и с яростью в глазах повернулась к ближайшему человеку.
– Где его рыба?
Все растерянно замерли, не понимая, о чем она говорит; но поняли некоторые деймоны – и переглянулись. Кто-то из мужчин неуверенно улыбнулся.
– Не смейте смеяться! Я вас разорву, если будете над ним смеяться! У него никого больше не было, только старая сухая рыба вместо деймона, больше некого было любить и жалеть! Кто ее забрал? Где она?
Пантелеймон зарычал – он стал снежным барсом, как деймон лорда Азриэла, но Лира этого не видела; она видела сейчас только где добро, а где зло.
– Спокойно, Лира, – сказал кто-то. – Спокойно, детка.
– Кто ее взял? – закричала она, и цыган попятился от разгневанной девочки.
– Я не знал, – виновато сказал другой. – Я думал, он ее просто ел. И вынул у него из руки, думал, так приличнее. Вот и все, Лира.
– Тогда где она?
Он смущенно сказал:
– Я думал, она ему не нужна, и отдал моим собакам. Прости меня.
– Не у меня проси прощения, у него. – Лира снова опустилась на колени и положила ладонь на ледяную щеку мертвого мальчика.
У нее родилась идея, и она стала рыться у себя в одежде. Когда она приподняла анорак, туда хлынул холодный воздух, но через несколько секунд она нашла то, что искала, вытащила из сумки золотую монету и снова запахнулась.
– Одолжи мне твой нож, – сказала она человеку, который забрал рыбу, и, когда он дал нож, спросила Пантелеймона:
– Как его звали?
Он сразу понял и ответил:
– Крысолов.
Крепко сжав монету левой рукой в варежке и держа нож, как карандаш, она нацарапала на золоте имя пропавшего деймона.
– Надеюсь, тебе будет не хуже, чем Ученым в Иордане, – шепнула она мертвому мальчику и, раздвинув ему зубы, сунула в рот монету. Это было трудно, но она справилась и сумела закрыть ему рот.
Потом вернула цыгану нож и в утренних сумерках пошла к Фардеру Кораму.
Он дал ей кружку супа прямо с костра, и она с жадностью стала есть.
– Фардер Корам, как нам быть с ведьмами? Интересно, ваша ведьма была с ними?
–
Еда оживила Лиру, и холод постепенно отпускал душу. Вместе с другими она подошла к погребальному костру и, наклонив голову, закрыв глаза, слушала молитвы Джона Фаа. Потом люди облили хворост угольным спиртом, поднесли спички, и костер запылал.
Убедившись, что мальчик сгорел полностью, они пустились в путь. Это было призрачное путешествие. Очень скоро пошел снег, и мир съежился донельзя: только серые тени собак, тянувших сани, толчки и скрип саней, обжигающий холод и вихревое море крупного снега, чуть более темного, чем небо, и чуть более светлого, чем земля.
Собаки бежали в серой мгле с поднятыми хвостами, дыша паром. Все дальше и дальше на север. Наплыл и уплыл бледный полдень, мир снова накрыли сумерки. Остановились поесть и передохнуть в ложбине между холмами, определили свое местоположение, и, пока Джон Фаа разговаривал с Ли Скорсби о том, как лучше использовать воздушный шар, Лира думала о жуке-шпионе. Она спросила Фардера Корама, где табачная жестянка с жуком.
– Я надежно ее припрятал. Она на дне вещевого мешка, но смотреть там не на что: я запаял ее на корабле, как обещал. По правде говоря, не знаю, что с ней делать; может, сбросим в огненную шахту и покончим с этим раз и навсегда. Но ты не волнуйся, Лира. Пока он у меня, он тебе не страшен.
При первом же удобном случае Лира засунула руку в залубенелый от холода брезентовый мешок и вытащила жестянку. Жужжание она почувствовала еще до того, как прикоснулась к ней.
Когда Фардер Корам разговаривал с другими вождями, она отнесла жестянку к Йореку Бирнисону и объяснила свою идею. А пришла к ней эта идея, когда она вспомнила, с какой легкостью он вспорол железный капот.
