Количество одаренных каждой державы ограничено Стихийным пактом, попытаться денонсировать который — верный путь к мировой войне. И пусть количество одаренных даже близко не подошло к разрешенной отметке, довольно скоро (относительно) это все же произойдет. Если мыслить десятилетиями, которые для одаренных этого мира совсем не срок.
Как раз к тому времени, как ограниченное Стихийным пактом количество одаренных приблизится к разрешенной отметке, ледяная шапка Арктики уменьшится, а количество кораблей Ледового отряда наоборот увеличится. И это значит, что огромное количество одаренных, повелевающих ледяной стихией, окажется без занимающей сейчас все время работы… и в распоряжении правящих Севером Мекленбургов, если называть вещи своими именами.
За последние недели в гимназии я узнал более подробно об адептах школы Льда, к которым принадлежала и Анастасия. Очень своеобразное магическая школа, сильная именно в суровых климатических условиях севера. В остальных же регионах котирующаяся по боевой эффективности не очень высоко, будучи на пике развития конкурентоспособной только против боевых магов огненной стихии.
Почему школу Льда выбрала для инициации Анастасия, пока оставалось для меня загадкой. Зато не являлось тайной, почему ледяную стихию выбирали многочисленные ученики новой гимназии Витгефта, а также оставшийся в школе Аврора контингент. Среди которого, как оказалось, практически не обучалось представителей знаменитых имперских фамилий.
В северные школы охотно шли представители не слишком влиятельных и богатых родов старой аристократии, попадая под крыло к Мекленбургам. Становясь частью огромной… наверное, корпорации. Магической.
Об этом я и размышлял, разглядывая карту под объяснения Ольги. Вскоре, впрочем, новая и интересная информация для меня закончилась, потому что девушка начала озвучивать доступные мне знания о наличии в Арктике богатства природных ресурсов. Прервав ее взглядом, я подошел ближе к карте. Найдя взглядом южную оконечность Новой Земли, ткнул пальцем чуть левее, в середину Печорского моря.
— Я в курсе, о чем ты говоришь. Допустим только вот здесь, на шельфе, сосредоточено более семидесяти миллионов баррелей извлекаемой нефти.
Судя по взгляду Ольги, после моих слов соревнование по тому, кто кого сильнее удивит я теперь выигрывал с запасом.
— Откуда ты знаешь? — негромко поинтересовалась девушка.
Не отвечая, я только пожал плечами и развел руками, показывая, что очень бы хотелось мне это рассказать, но не имею права.
— Это секретная информация, — добавила чуть погодя Ольга.
Секретная информация в этом мире. В моем мире о Приразломном месторождении, где уже ведется добыча нефти, говорят по телевизору, причем довольно часто.
— Секретной эта информация и останется, будь уверена, — успокаивающе произнес я. — Просто к слову пришлось, чтобы ты не рассказывала мне очевидных вещей.
— К слову значит пришлось, — понимающе покивала Ольга, очень внимательно на меня глядя.
Некоторое время помолчали, возвращая в беседу душевное спокойствие. Ольга в задумчивости вновь прикусила нижнюю губу, я же рассматривал карту. Сейчас, после структурирования как озвученной, так и известной мне до этого момента информации, я смотрел на Арктику новыми глазами.
Встроенный в мировую торговлю регион, причем от мира при этом максимально изолированный. Богатый, несмотря на бескрайние ледяные просторы, и как наблюдал совсем недавно, при этом ставший комфортным для жизни. Регион, который — учитывая роль Архангельска здесь, — вскоре может стать в некотором роде Швейцарией. Очень зубастой и одновременно очень тихой гаванью.
— Ты знаешь о том, что уже совсем скоро будет изменен закон о наследовании и старшинстве мужской линии? — отрывая меня от мыслей, задала неожиданный вопрос Ольга.
— Слышал, — кивнул я.
Находясь в компании с Валерой и Эльвирой очень сложно не быть в курсе грядущих значительных изменений в Империи, Конфедерации, да и во всем остальном мире.
— Может быть ты знаешь еще и о том, почему молодежь всегда в конфронтации с правящей властью? — позволив себе полуулыбку, поинтересовалась Ольга, присаживаясь боком на стол.
— Не могу сказать, что обладаю вселенским знанием, — вернул я ей ее улыбку. — Но у меня есть теория.
— Какая же?
— Три-четыре поколения — это как правило разница между правителем и тем срезом общества, который называют молодежью. А любой правитель реализует в первую очередь мечты своего поколения. Которые, как ты понимаешь, с учетом темпов технологического прогресса, от актуальной потребностей молодежи сейчас часто отстоят друг от друга ненамного ближе, чем Земля с Венерой.
Ольга даже восхищенно взмахнула ресницами, при этом устроившись на столе поудобнее. Не удержавшись, я скользнул глазами по ее фигуре, которую тонкая ткань туники в этот момент показала в подробностях всех манящих изгибов.
— Мне на удивление комфортно и легко с тобой общаться, — вдруг произнесла Ольга. И, реагируя на мое скептическое выражение лица, моментально взметнула вверх брови в немом вопросе.
