— Я расскажу вам, — наконец объявил он, выпрямляясь, — расскажу сегодня же вечером, в «Перевозчике». «Перевозчик» — это гостиница в деревне на противоположном берегу озера, где мы с вами скорее всего остановимся на ночь. Да, я расскажу вам все как есть, а если нет, я… я… я съем собственное пальто, сэр!
По счастью, в ходе осмотра обода выяснилось, что карета не окончательно вышла из строя и сумеет-таки довезти нас до конца перегона, хотя перед тем, как двинуться в путь на следующий день, колесом придется заняться серьезно.
— Трогаемся, жентмены, — объявил кучер, резво вспрыгивая на козлы. Было очевидно, что ему не терпится убраться из Шильстон-Апкота как можно скорее.
Нимало не мешкая, мы заняли свои места и вскорости уже обрели приют в «Перевозчике», гостинице в прелестном городке под названием Джей. Разделавшись с ужином и укрепившись телом и духом, мы с моим спутником удалились в уединенную комнатку рядом с баром и там, уютно устроившись у огня, раскурили трубочки.
Так вот вам история в том виде, в каком я услышал ее из уст моего спутника тем вечером; сам он наблюдал происходящее воочию, а кое-что узнал от других людей, кое о чем же просто догадался. Неудивительно, что человек этот пребывал в столь великом смятении духа! Я завороженно внимал; все мысли о Хуле, об Эйлешире и об усадьбе дяди, которого я в глаза не видел, разом вылетели у меня из головы, в то время как в решетчатых окнах, поднимаясь все выше и выше, маячило мерцающее пятно луны — ни дать ни взять человеческий лик! — а отражение ее загадочно поблескивало на темных и недвижных водах озера.
…Странник здесь
Немало странного встречает.
В Скайлингдене обосновались новые жильцы.
На протяжении бессчетных лет усадьба на мысу, возвышающаяся над Одиноким озером и деревней, пустовала; стало быть, никому и в голову не приходило там поселиться. Надо сказать, что над роскошным особняком довлела неразрешимая тайна. Даже деревенский поверенный, мистер Томас Доггер, джентльмен весьма любопытный — эта юридическая затычка, что называется, торчала в каждой бочке, — понятия не имел, кто владелец Скайлингдена. Таковые сведения, вместе с прочими секретами, хранились под семью замками в архивах Малбери, главного города графства Талботшир. Кое-кто в Шильстон-Апкоте предполагал, что новые жильцы как раз и есть законные хозяева и приехали взять усадьбу на свое попечение, однако доподлинно никто ничего не знал. Дом этот представлял собой огромное нескладное строение, неухоженное и запущенное; контур протяженной крыши лениво тянулся по-над лесом, тут и там проглядывая между стволов. Облепленный лишайником, взметнувший ввысь свой собственный лес архитектурных деталей- флеронов, фронтонов и дымовых труб, — дом затаился среди дерев, подобно циклопу, взирая сверху вниз на озеро и деревню сквозь огромное круглое окно — «Скайлингденский глаз», как окрестили его в народе.
Как и следовало ожидать, новоприбывшие жильцы вызвали изрядный ажиотаж. Кто они такие, откуда взялись и что собой представляют, чем интересуются, каковы их намерения и много ли у них денег? Поток пересудов и догадок захлестнул деревню — так волны Одинокого озера накатывают на галечный берег. Они из провинции или из города? А ежели из города, то из местного Малбери или из самого Вороньего Края? Респектабельные ли это люди? Намерены ли они вмешиваться в местные события или будут держаться особняком, как водится у горожан? И главное, какой у них доход? Ежели брать, скажем, ежегодно? Они фантастически богаты или просто состоятельны?
Первые вести от рабочих, нанятых привести в порядок дом и окрестные угодья, оказались весьма разнородными. В особняке поселилась семья весьма почтенная, трезвого образа жизни, склонная к уединению. Глава ее — сурового вида джентльмен в зрелых летах, с красивым ястребиным лицом, с пышными бакенбардами и усами. Волосы — иссиня-черные, без малейшего проблеска седины; все тут же заподозрили, что крашеные. Джентльмен предпочитает темные парадные сюртуки с бархатными воротниками, табачного цвета жилеты и причудливые галстуки в крапинку; эта последняя странность — возможно, знак уважения к своим новым соседям (что само по себе свидетельствует: джентльмен прибыл из города, ведь здравомыслящие провинциалы таких не носят). Зовется джентльмен Видом Уинтермарчем; биография и происхождение неизвестны. При нем наблюдается некрасивая супруга, довольно робкая и удрученная, и прелестная дочурка с лицом весьма испуганным; эти свойства тут же списали на властную деспотичность мужа и отца. Жена казалась значительно моложе своего благоверного; девочке на вид было не больше десяти. Что до слуг, их насчитывалось далеко не столько, сколько пристало бы для такой усадьбы, что наряду с прочими неоспоримыми признаками привело мистера Айвза из «Герба» к выводу: семейство Уинтермарч отнюдь не процветает.
