Северные огни полностью

Пользуясь возможностью, я вновь хочу поблагодарить вас за великодушную богоугодную помощь в том, что касается нашей малютки. С тех пор как две недели назад, тем достопамятным благословенным утром, девочка впервые вошла в нашу жизнь, она была, есть и останется путеводным светом и животворящим духом нашего домашнего очага. На протяжении стольких лет Провидение упорно отказывалось почтить дарами наш союз; мы с мужем уже привыкли к мысли, что навсегда останемся бездетны. Все эти годы мы смирялись со своим тяжким уделом и не роптали ни словом. Но теперь, когда с нами наше дорогое дитя, все разом переменилось. Дни — светлее, ночи — не одиноки более, впереди — будущее. Это вам и вашему замечательному благотворительному обществу Гроба Господня обязаны мы своей невероятной удачей — и выражаем глубочайшую признательность за вашу к нам доброту. Мы всегда будем с благодарностью вспоминать о вашем великодушии и почитать себя вашими должниками, радуясь нашей новообретенной доченьке.

В честь благих деяний вашего общества и в знак неизбывной нашей благодарности мы окрестили девочку Сепульхрой (от латинского Sepulcrum Sanctum — Гроб Господень) — довольно ей жить на свете безымянной! — и тем самым память о доброте вашей навсегда будет жить в наших сердцах, столько, сколько волею Провидения продлятся дни наши на этой бренной земле.

Искренне ваша, миссис Фотерингэй, остаюсь, и т.д., и т.п.

— Видишь, Нолл, как все сходится, — подвел итог сквайр, едва Оливер дочитал до конца. — Я же говорил: престранное это имя для женщины; так оно и есть. А вот вам и разъяснение загадки. В Вороньем Крае Эдит Марчант произвела на свет дитя женского пола, и дитя это — миссис Уинтермарч.

— Ты думаешь, это из-за нее семейство обосновалось здесь? — осведомился Оливер. — По-твоему, это она, а не ее муж, приехала сюда, лелея планы мщения — мщения за мать?

— Возможно.

— Из-за того, что местные жители затравили мисс Марчант по ее возвращении из города и довели ее до самоубийства?

— Вспомни сам, Нолл: мистер Вид Уинтермарч рассказывал, что жена уговорила его «сменить тяготы города на деревенский воздух». Именно она «слышала много хорошего» о нашем маленьком приходе Шильстон-Апкот. Отлично все устроилось, не так ли?

— Да, и в самом деле припоминаю…

— Впрочем, может статься, я и неправ, — промолвил Марк, разом идя на попятный.

— О чем ты?

— Скажи, показалась ли тебе эта дама коварной обманщицей? Мне — нет. Я ощущал в ней лишь подобающее жене послушание, учтивость и покорность. Более того, обстоятельства ее появления на свет хранили в тайне. К примеру, в письме отчетливо намекается, что новая ее семья ведать не ведала о происхождении девочки. «Довольно ей жить на свете безымянной!» Откуда бы ей узнать о себе всю правду?

Оливер признал, что понятия о том не имеет.

— Что заставляет меня рассмотреть и третью возможность, — промолвил сквайр, задумчиво сощурившись.

— Просто-напросто совпадение?

— Здорово я бы удивился, будь это так! Вот в совпадения я абсолютно не верю.

— Возможно, супруги сговорились промеж себя? Но если муж — и в самом деле Чарльз Кэмплемэн, а Чарльз Кэмплемэн — это отец…

Оливер передернулся от отвращения: на эту тему он не желал и думать.

— В таком случае он никак не может быть Кэмплемэном. Или отец ребенка — кто-то другой. Или, скажем, они вообще не муж и жена?

Сквайр помолчал немного, обдумывая обстоятельства дела и приглаживая бакенбарды.